Экипаж

Она вращается вокруг Мораны – последней планеты в нашей центральной системе.

- Как там с охраной?

- Не знаю. Раньше не было повода поинтересоваться. Я вообще мало знаю о Куросаве – скрытная личность. Живет отшельником, изучает древнюю историю...

- Вроде России двадцать первого века?

- Ну да... – усмехнулся Святослав. – Для нас это древность. Возраст – около ста десяти. Сильный ментат.

- Нет, это все я уже знаю, - отмахнулся детектив. – Что известно о самой станции? Можно посмотреть подробнее?

Моручи увеличил экран еще больше, и растянул изображение на целый метр.

Теперь станцию можно было разглядеть во всех подробностях.

- Это тоже древняя история, - глубокомысленно кивнул он. – Эту станцию строили не мы – она уже была там, когда наши предки открыли Сварог. Скорее всего, ее построили те, кто жил на Свароге до нас.

- А там кто-то жил? – удивился Ежов.

- Не статуи – развалины статуй. Просто бесформенные глыбы, которые когда-то что-то изображали. Все это очень древнее – все ученые и ментаты в один голос утверждают, что на Свароге нет разумной жизни уже семь тысячелетий, не меньше.

Еще глубже заглянуть не получается...

- Хорошо, допустим. Давайте-ка еще раз просмотрим план Куросавы, как мы его сейчас видим...

- Начинай, лейтенант, - согласился Моручи.

- Итак, перед нами Александр Куросава. Человек, до определенного момента тихо живущий на своей станции... кстати, откуда она у него?

- Купил. Лет тридцать назад.

- А деньги откуда? Такая вещица должна стоить немало...

- Ну, он все-таки принадлежит к Императорскому Дому, - пожал плечами Моручи.

– У нас у всех есть кое-какие средства. А стоила станция немного – кому нужна эта дряхлая развалина? Это ведь даже не станция на самом деле – там нет никакой техники, один только корпус. То есть, раньше не было – теперь-то Куросава, конечно, что-то установил...

- Хорошо. Понятно. Итак, начнем с мотива. Предположительно, мотив примерно тот же, что был у... ну... да вот хоть... как этого звали, из «Гамлета»?

- Ну этого... который дядя.

.. – потер лоб Ежов. «Гамлета» он не читал, только один раз видел фильм. – Либо Клавдий, либо Полоний, точно помню...

- Не имеет значения, - поморщился Моручи, который вообще смутно понимал, о чем толкует детектив.

Имя Шекспира к семьдесят второму веку все еще помнили, но уже очень смутно – примерно так, как в двадцать первом Еврипида или Аристофана. Любой грамотный человек знает их имена, но вот сказать, что конкретно они написали, это уже посложнее...