Экспертиза любви

Но в этом есть своя красота. В Москве рынки закрытые — в зданиях, в ангарах. Или палатки. Палатки, палатки… целые палаточные городки. Как городки беженцев, которые на этих рынках работают. А здесь, как на Древнем Востоке. Все открыто. Торговля прямо на улице, без прилавка. С земли. Куда только смотрит санэпидстанция? Не хватает только ковров и бархатных тюбетеек.

— Сказать тебе, куда она смотрит?

Лена повернулась к нему.

— Ты не любишь наш город?

Он подумал: какое усталое у нее лицо. Нос заострился.

— Есть города на свете и получше.

— Разные. Я тебе потом о них расскажу.

Они пробрались сквозь скопление машин, как сквозь толпу баранов, шедшую без погонщика, и вырвались на последний простор. Длинная улица заканчивалась белой восьмиэтажной громадой. Областная больница.

Со стороны приемного отделения — машины «Скорой» в ряд. Водители дремлют, поджидая докторов.

— Ты когда вернешься? Я все-таки дежурю.

Она открыла дверцу, помедлила на мгновение.

— Я должна выяснить одно дело.

— Ну, иди. — Он махнул рукой. — Только иди уверенно. Тогда — не остановят. Дорогу знаешь?

— Знаю. Я к маме иду. У меня мама здесь работает. — Лена скользнула с сиденья, на миг задержалась у дверцы. — Я постараюсь недолго. — Она повернулась и быстро пошла к дверям приемного отделения.

Лена сначала даже не поняла, кто ее зовет. Какая-то женщина в синем форменном костюме «Скорой» с белой надписью на спине.

Лена на секунду остановилась. Господи, это же тетя Таня, мамина подруга.

— Ой, вы извините меня, я очень тороплюсь… — Лена увернулась от мощных объятий и побежала к дверям.

— Как ты выросла, Леночка! К маме, что ли, бежишь? — Но Лена не остановилась, только махнула.

Татьяна с недоумением посмотрела ей вслед, подошла к своей машине, припаркованной рядом с «Пежо» Соболевского, открыла дверь, толкнула дремавшего водителя, тяжело влезла внутрь.

Соболевской невольно посмотрел на нее.

Женщина тоже окинула его равнодушным взглядом, но вдруг черты ее лица изменились.

— Ой! — сказала она неуверенно и вдруг улыбнулась и немного подалась к Соболевскому. Тот с недоумением отвернулся. Он понятия не имел, кто она такая.

Водитель завел двигатель, «Скорая» тронулась, выруливая во двор.