Экспертиза любви

Вот мужики, тем уже плевать, если они решили свести счеты с жизнью…

— А скажите, Петр Сергеевич, если бы это ваша возлюбленная покончила с собой, вы бы так же тщательно описывали ее тело? — вдруг спросила Лена.

Рябинкин посмотрел на нее с недоумением. Лена подала ему полотенце — сняла с криво забитого в косяк гвоздя и вышла из ванной комнаты.

— Поехали скорее! — заторопил их следователь. Они выключили свет и вышли. Домой Лену завезли на милицейской машине. «Что будет с Сашей?» — думала она всю дорогу.

В три часа ночи мать еще не спала. Лена открыла дверь своим ключом и удивилась. В квартире горел свет, мама сидела в гостиной и смотрела телевизор.

— Мам, ты почему не спишь?

— Тебе не кажется, что как-то не совсем прилично выглядят твои возвращения? Причем с каждым днем все позднее и позднее?

— Мам, ты чего? Я же тебе сказала по телефону, что еду на осмотр места происшествия.

— А, собственно, в чем дело?

Светлана Петровна раздраженно выключила телевизор.

— Видишь ли, я просто понятия не имела, кто водитель этой «жо».

Почему у мамы такой голос?

Это тетя Таня маме позвонила. Лена догадалась — больше некому. Насплетничала. Фу, как противно. Но неужели Лена сама не может решить, с кем ей ездить?

— Имею. И специально тебя ждала, чтобы сказать, что ты неправильно выбрала водителя.

Лена так устала, что у нее никакого настроения не было доказывать: правильно — неправильно.

— Мам, я очень хочу спать.

Мать встала с дивана, резко запахнула шелковый халат, направилась в спальню.

— Домой надо раньше приходить.

Откуда взялся у матери этот ужасный тон, эти грубые складки у рта?

— Мама, мне неудобно тебе говорить, но ты сейчас разговариваешь со мной, как наша санитарка Клавдия. Которая, кстати, меня гнобит уже третий день подряд.

— Санитарка Клавдия? И всех-то проблем…

Ах, как бы хотела сейчас Светлана Петровна запустить подушку прямо в голову этой рыженькой дурочке! Или схватить ее за плечи и потрясти, или перебить всю посуду, или сделать что-нибудь еще такое, что заставило бы эту самую родную, самую дорогую девочку на свете выслушать, понять и, самое главное, последовать материнскому совету.

— Лена, я прошу тебя сделать так, как я тебе говорю. Ты знаешь, что я почти никогда на своем не настаивала.