Экспертиза любви

Хачек посмотрел на него грозно, но больше ничего не сказал, ушел. А Игорь Владимирович аккуратно снял с себя черные туфли и пиджак, на подкладке которого обнаружился лейбл модного дома, и нарядился в двойной медицинский пижамный комплект, а на ноги надел видавшие виды желтые полуботинки на толстой подошве.

— Ну, друзья, — сказал он коллегам, когда за ним в комнату зашел «его» следователь, — к тому времени, когда я привезу сюда свою эксгумированную красавицу, постарайтесь уже завершить все свои дела в секционной.

— Ну вот и наша кафедра. — Рябинкин повел Лену по широкому грязному, заляпанному краской коридору. — Две учебные комнаты, одна лаборатория с лаборантской, одна ассистентская и смежный с ней мой кабинет и хозяйственная комната для санитарки.

— Но как же?.. — Лена ходила по комнатам и коридорам в состоянии шока. — Занятия начинаются через два дня, а здесь…

— Конь не валялся, — докончил за нее мысль Рябинкин. — Это правда, Лена. Конь не валялся, зато валялись рабочие, которые здесь летом делали ремонт.

 — Он показал на неприглядные следы пребывания в учебной комнате строителей. Невынесенный мусор, чья-то рваная брошенная спецовка, грязные стаканы из-под чая — все это создавало впечатление не учебного помещения, а строительного вагончика.

— Зато, как вы видите, — Рябинкин широко развел руками, — потолки побелили и стены покрасили. Осталось только все помыть и расставить по местам мебель.

— Но это же ужасно! — не выдержала Лена. — Обе учебные комнаты и коридор… В таких условиях нельзя начинать учебный процесс.

— Вы, Лена, где таких слов нахватались — «учебный процесс»? — посмотрел на нее насмешливо Рябинкин. — Скажите просто — занятия.

— Как тут ни скажи, а суть от этого не меняется.

— Спорить не буду. Но мы с Людмилой Васильевной ровно позавчера вернулись из отпуска. Вчера она мыла лабораторию и свою комнату, а я уезжал по делам. Сегодня у нас по плану — учебные комнаты. А в коридор я подыскал парочку наемных рабочих из солнечного Узбекистана.

Если честно — мне их дали из нашего студенческого общежития. Я с комендантом договорился. Коридор и окна они вымоют за один день.

— Вы хотите сказать, что я сегодня буду убирать учебную комнату? — поразилась Лена.

— Больше некому. Да вы не расстраивайтесь, я тоже буду убирать, — поправил на носу модную оправу Рябинкин.

— А что, на кафедре нет уборщицы? — недоумевала Лена.

— Конечно, нет. В институт на работу никто не идет — невыгодно, платят мало.