Экстрасенс разбушевался

— Сомневается, пусть спросит у врача, — сказал я. — Фирма веники не вяжет, фирма веники плетет.

— Что это значит? — удивился Серхио.

— Целитель дает гарантию. Через несколько дней Менем вернется к исполнению своих обязанностей.

— Я переведу последнюю фразу, — сказал Серхио, что и сделал. Чины удивленно загудели. Я бесцеремонно раздвинул их плечом и направился к выходу. Меня окликнул Серхио, указав на белый халат. Совсем забыл! Подбежавшая женщина, забрала у нас медицинское облачение, возвратив плащи.

— Здесь неподалеку есть хороший ресторан, — предложил Серхио.

 — Открыт даже ночью.

Мы спустились вниз, вышли из госпиталя и направились к «Линкольну». Выскочивший из салона Алонсо протянул мне несколько листков, разразившись обиженной речью.

— Штрафы, — объяснил Серхио. Он забрал у водителя листки, порвал их и бросил на асфальт. — Завтра позвоню в полицию. Штрафы отменят.

Радостный Алонсо отвез нас в ресторан. Мы оставили его за столиком у дверей, предупредив, чтобы счет за ужин официант подал нам, сами же прошли в глубину зала, где разместились в углу.

Спустя несколько минут я уже терзал зубами горячее мясо. Серхио не отставал – проголодался. Покончив с едой, я достал из кармана пачку сигарилл. Нравятся они мне.

— Угостите и меня, — попросил Серхио.

Я протянул ему пачку. Подскочивший официант щелкнул зажигалкой. Мы синхронно выдохнули ароматный дым. Сигариллы, как сигары, курят не в затяжку.

— Не нахожу слов, чтобы выразить вам свою признательность, — начал Серхио. — Вы не представляете, что сделали, Михаил Иванович.

Менем у власти менее двух лет. Только-только начались реформы, способные положить конец влиянию военных на политику. Альфонсин не довел их до конца. Если бы Менем умер…

Он закатил глаза и покрутил головой. Ну, да. Свой пост ты бы потерял точно.

— Как это случилось? — спросил я. — Президент не производил впечатления больного.

— Неожиданно, — сказал Серхио. — Президент работал как обычно: принимал посетителей, подписывал документы. Вечером встретился с делегацией финансистов из Британии.

Они прибыли изучить возможности инвестирования в экономику Аргентины. Говорил с ними больше часа. Встречей все остались довольны. Президент ушел к себе в кабинет, и уже там ему стало плохо. Секретарь был рядом, он немедленно вызвал медиков. В госпитале Менему сделали рентген головы. Консилиум решил, что операция не поможет. И тогда я вспомнил о вас…

— Погодите! — перебил я. — Менем разговаривал с британскими финансистами.