Эксцесс исполнителя

– Ну, извини, – усмехнулся Декарт, – не я это начал, он обстрелял меня первым. Ты, к слову, неплохо шел. Я думал, не выберешься, а ты еще и человека Кислого ухитрился вытащить. Коктейлем последнего шанса закинулся?

– А куда деваться-то было?

– Ну, может и так, – неопределенно повел плечами черный старатель, – Послушай, Рич, а ты хоть понимаешь, что, мило беседуя со мной, ты нарушаешь сразу несколько положений клятвы, данной тобой Синдикату? Я уж молчу о том, что ты нам неслабо помог, когда мы застряли с грузом около того бункера.

Возможные последствия хорошо себе представляешь?

Я мысленно поаплодировал Декарту. Это был очень изящный заход. Вроде как, старатель проявил беспокойство о человеке, оказавшем ему серьезную услугу. На самом же деле он внимательно следил за моей реакцией, надеясь понять в каких отношениях я состою с криминальной организацией, назначившей награду за его голову.

– Скажем так, я в курсе возможных сложностей.

– И тебя они, я смотрю, не пугают, – Декарт чуть приподнял бровь, демонстрируя свои сомнения в адекватности моей оценки потенциальной опасности.

– Так уж сложились обстоятельства. Ради этого разговора я готов рискнуть.

– И с чего ты решил, что я буду с тобой откровенничать? – невозмутимо осведомился Декарт. – Признаю, ты вытащил меня и моих людей из глубокой задницы, и это дорогого стоит, но ты человек Синдиката, а я черный старатель. Вообще-то, мы с тобой должны смотреть друг на друга исключительно через прицел, и пока ты не скажешь мне что-то такое, что заставит меня считать иначе, максимум на что ты можешь рассчитывать – это то, что я не выстрелю в тебя первым.

Ты можешь счесть меня неблагодарной скотиной, и очень сильно ошибешься. Я отвечаю не только за себя. За мной стоят доверившиеся мне люди, и дело, ради которого они ежедневно рискуют своими жизнями. Подвергать их опасности я не в праве. Какими бы ни были твои мотивы, всё, что я тебе скажу может стать известно моим врагам. Мало того, я обязан считать, что переданная тебе информация не просто может, а обязательно станет им известна.

Чего-то подобного и следовало ожидать, так что к такому повороту беседы я был вполне готов. Поэтому, равнодушно пожав плечами, я выдал старателю заранее подготовленный ответ.

– Что бы я тебе ни сказал о своих мотивах и отношениях с Синдикатом, на слово ты мне всё равно не поверишь, и правильно сделаешь. Но ты даже не представляешь себе глубину моего невежества.