Экзамен на зрелость

Впрочем, справедливости ради нужно заметить, что все эти победы приходились на окружение Елизаветы. Она не признавала ханжества царственного племянника хотя бы по той простой причине, что считала это дикостью и отсталостью от просвещенной Европы. Мало того, цесаревна с вполне объяснимым интересом поглядывала в сторону Шетарди.

Статен, высок, изящен и миловиден. Опять же, судя по высказываниям ее придворных, весьма искусен в любовных утехах. Нет, она вовсе и не думала им увлечься, боже упаси. Ее сердце в настоящий момент принадлежало другому, причем целиком и безраздельно.

Шетарди для нее был скорее эдакой диковинкой, новомодным нарядом, который возможно будет надеть только один раз за всю жизнь.

Была у нее подобная склонность. В настоящее время ее гардероб разросся до неприличия. Разумеется, в понимании кого-либо другого, только не ее. Не сказать чтобы ее доходы были так уж баснословны, но все же и немаленькие. Так что на наряды хватало, хотя и хотелось большего. Опять же подарки способствовали появлению все новых платьев.

Вот, к примеру, в последнее время она опять в центре внимания.

За это отдельная благодарность супруге Петра. Она, подобно своему муженьку, чуть ли не с брачного ложа устремилась проводить инспекцию казенных заводов и фабрик. Император возложил на ее плечи руководство некоторыми из них. Надо заметить, не без ее желания и высказанного удовольствия.

Впрочем, отправились они в эту поездку вместе. С одной стороны, Петр и сам любил заниматься вопросами промышленности и торговли.

С другой, они вроде как молодожены. Ну и наконец, для государя мало жениться, главное – осчастливить подданных наследником. А уж с этим, находясь друг от друга поодаль, ну никак. Вот и катаются уж почитай два месяца.

Кстати, Петр не стал венчать Анну императорской короной. С чем это было связано, непонятно, но в этом он был тверд и опять-таки поддержан супругой. Мало того, его завещание, согласно которому престол наследует Елизавета, не просто оставалось в силе, но и было повторно обнародовано.

Наверняка он сделал это, дабы пресечь возможное недовольство среди дворянства.

Его решение о женитьбе на представительнице обедневшего княжеского рода всех буквально ошеломило. Не сказать чтобы никто ни о чем подобном не догадывался. Но все же никто не ожидал, что император окажется в этом вопросе столь же своевольным, как и его дед. Но Петр все же посмел. И ведь никто и не пикнул.