Элемент крови

Он не смог себя сдержать, хотя отлично понимал, что прошло совсем немного времени: украдкой посмотрел на чуть-чуть продвинувшиеся вперед стрелки часов.

Глава двадцать вторая

Ситуация не менялась. Калашников продолжал рассматривать блокнот, шепча неразборчивые слова и кусая губы. Пару раз он порывался выйти из машины, но останавливался, наткнувшись на невидимое препятствие, и заваливался обратно на сиденье.

«Это с ним уже второй раз за сутки, – безрадостно констатировал терзавшийся паническими мыслями Малинин.

– Видать, совсем кранты». На махание руками перед лицом Калашников не реагировал: лишь раскрывал рот, как аквариумная рыбка, и закрывал обратно. Малинин совсем отчаялся, но тут ему в голову пришла доходчивая идея, как следует разрядить обстановку. Он удивился, что не додумался до нее раньше – ЭТО помогало всегда.

Ловко отстегнув от пояса объемистую кожаную фляжку, он отвинтил от нее крышку в виде стопки, куда от души налил прозрачной жидкости. Пихнув безучастного Алексея в плечо, унтер-офицер участливо протянул ему импровизированный стакан.

– Хлебните, вашбродь. Может, оно и полегчает.

Если бы Калашников являлся по национальности немцем или каким-нибудь турком, малининский номер бы не прокатил. Но в данном случае пошло как по маслу. Жестом робота приняв протянутую емкость, Алексей осушил ее одним глотком. Он не закашлялся, как того злорадно ожидал Малинин, но его мутные глаза прояснились – во всяком случае, он посмотрел на унтер-офицера весьма осмысленным взглядом.

– Серега? А что ты-то тут делаешь?

– Ну здрассте-пожалста. Вас жду, вашбродь. Как вы вчера мне и приказали.

– Серега…– прошептал он еле слышным голосом, снова проваливаясь куда-то.

– Че? – перепугался Малинин.

– Беда… Дай еще водки.

Вторая стопка также улетела в горло Калашникова без каких-либо задержек. Малинин попытался с ходу налить и третью, но Алексей отстранил его руку.

– Спасибо, оклемался. У Шефа еще и виски ахнул, в голове зашумело.

Как бы не уснуть.

Посидев еще минуту, он в очередной раз уперся напряженным взглядом в страницы с формулами. Малинин привычно погрузился в ожидание.

– Похоже, у нас офигительные проблемы, братец, – обрел дар речи Калашников. – Объяснить не проси – я даже не знаю, как Шефу об этом докладывать. Надо поехать домой, чуть-чуть посидеть и не спеша все осмыслить. Как обухом только что по голове получил.

– Да скажите же мне! – слезно взмолился Малинин.