Елена Троянская

— Он впутался в историю с Гесионой, — ответила Клитемнестра и быстро прибавила: — На мой взгляд, это глупо. Что бы ни заявлял троянский царь, Гесиона счастливо живет в Саламине с Теламоном. С тех пор как ее увезли из Трои, прошло почти сорок лет.

— Троя… — пробормотал Менелай. — Лучше с Троей не связываться. Кроме того, эта история случилась во времена наших отцов. Пусть меня назовут трусом, но я считаю, что прошлые дела не стоит ворошить. Прошлое должно принадлежать прошлому.

Клитемнестра приподняла брови.

— Как решительно ты судишь! Но разумно.

Агамемнон прохаживался вперед-назад по мегарону, его лицо с резкими чертами попадало в отблески пламени то одного, то другого факела, укрепленного на стене. И в свете одного он казался красивым, а другого — сатиром: возможно, из-за бороды и глубоко посаженных глаз.

— Вепря сейчас принесут, обещаю, — объявил Агамемнон и поднял руки. — А пока мы ожидаем его, давайте обсудим тот урон, который наносят нам оскорбившие троянцев. Гесиону, сестру царя Приама, бывшую некогда троянской царевной, много лет назад подарили Теламону из Саламина.

Но троянцы никогда не отказывались от планов вернуть ее! Они даже грозились высадить армию, чтобы отбить ее. Они говорят, будто Геракл захватил ее силой, а Теламон силой же удерживал. А я говорю — глупости! Она сама отказалась вернуться в Трою!

Терсит перекрыл шум голосов громким вопросом:

— А что, ее кто-нибудь спрашивал?

— Я думаю, ее муж Теламон. Или Тевкр, лучший из лучников, — заявил Агамемнон и стукнул бокалом об стол.

— А смела ли она сказать им правду? — настаивал Терсит.

— Конечно, после сорока-то лет… — начал было Менелай.

Вдруг раздался голос:

— Женщина не всегда может признаться, чего она хочет.

К моему изумлению, голос принадлежал мне. Я не собиралась говорить — и тем не менее слова вырвались у меня.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Агамемнон.

Его взгляд, как и взгляды всех собравшихся, был прикован ко мне.

— Я имею в виду, что замужняя женщина, которая заботится о своей семье, о муже и ребенке, не всегда способна выразить те чувства, которые могут противоречить интересам семьи.

 — Я перевела дыхание и продолжила: — Любовь к новой семье не отменяет любви к прежней.

Мне повезло: обе мои семьи — и та, в которой я выросла, и та, которую я создала, — были рядом со мной. Но так бывает далеко не всегда.

— Она забыла Трою! — прогремел Агамемнон. — Она доказала это своими поступками.