Елена Троянская

— Ну и ну! Ты идешь как ни в чем не бывало, а я немного запыхался.

— Я была неплохой бегуньей, — пояснила я.

Только как давно это было!

— А! Тогда мне с тобой не тягаться, — улыбнулся Геланор и протянул мне флягу.

Сначала мы шли по берегу Еврота. Река, полноводная благодаря тающим снегам и весенним дождям, стремилась, как и мы, к морю. Нам встречались и деревушки, и отдельные крестьянские домики. На полях, засеянных озимыми, зеленели побеги ячменя, достававшие уже до колен. На нас никто не обращал внимания, что радовало меня и не меньше — Геланора.

— Давно хотел спросить, но если тебе неприятно — не отвечай. Как ты себя чувствуешь под постоянными взглядами?

— Ужасно! Невозможно описать словами.

— А каково, по-твоему, человеку, у которого противоположная проблема: он хочет привлечь к себе внимание, но его никто не замечает?

— Откуда же мне знать?

— Я думаю, все беды в мире происходят от этих людей-невидимок. Они готовы на все, лишь бы их заметили. Они бахвалятся, грозятся, клевещут, убивают.

— Это очень резкое суждение. Часто и вполне заметные люди делают то же самое: они хотят еще большей славы. Они ненасытны. — Говоря это, я думала об Агамемноне: хоть он и был царем, но явно не довольствовался тихой жизнью в Микенах. — А простые люди очень часто бывают счастливы.

— Если человеку покажется, что его недооценивают, тут и жди беды…

День клонился к вечеру. Перед нами выросла гряда высоких холмов, которые преграждали путь, как стена.

— За ними — город Гитион и море, — сказал Геланор.

Мы прошли через туннель, и перед нами, сияя, раскинулось море. Огромное, без конца и края, с далеким горизонтом. Это было воистину царство: царство Посейдона.

На закате мы вышли к полоске земли, влажной, несмотря на ясный день.

— Завтра на рассвете вернемся сюда. На заре моллюски ловятся лучше всего.

Я втянула всей грудью удивительный запах моря, имеющий какой-то металлический привкус — то ли водорослей, то ли скользкого мха на камнях.

Ночь мы провели в доме, где жила семья Геланора. Его родные из деликатности старались не разглядывать меня, это были простые и доверчивые люди. Я поняла, как сильно отличался от них Геланор и почему он больше не живет дома.

Темно, холодно, сыро. Геланор настоял, чтобы мы пошли на берег как можно раньше, перед восходом солнца. Он готовился войти в воду и заняться ловлей моллюсков, а я стояла на берегу и смотрела.