Елена Троянская

— Что тебе взбрело в голову, не понимаю, — приговаривал он и тряс головой.

Я ничего не ответила. Пена впиталась в кожу. В меня проникла сама Афродита. Но это был наш с ней секрет, тайный заговор.

Далеко на горизонте я заметила остров. Я подумала, что нужно заговорить с Геланором, заговорить о чем-то постороннем.

— Что это за остров? — спросила я.

— Кифера, — коротко ответил он. — При попутном ветре до него плыть два дня.

— Это остров Афродиты. На него выбросило окутанную пеной морской раковину, из которой она родилась.

Геланор смастерил из камней бассейн, наполнил его морской водой и сложил в него пойманные раковины: там они должны были дожидаться появления финикийцев, которые заплатят за эту добычу его родителям.

— Уж это доходнее, чем сельское хозяйство, — сказал Геланор. — Пурпурная краска стоит раз в десять, а то и в двадцать дороже золота.

Я выбрала в подарок Менелаю два крупных моллюска, и мы бережно положили их в кувшин с водой.

Обратный путь казался мне легче — возможно, потому, что я чувствовала особую силу в ногах.

Телохранители шли за нами на почтительном расстоянии. Я с жадностью вглядывалась в окрестности. Мы поднимались на одну из гор, череда которых окружала Гитион. Сейчас мы перевалим через нее, и море исчезнет из виду. Тянули верхушки к небу дубы и тисы. Позванивали колокольчики на шеях у коз, которые щипали траву на склонах. Пастухи мирно дремали в тени деревьев.

— Давай остановимся, — попросила я Геланора.

У меня возникло необъяснимое, но непреодолимое желание присесть тут, рядом с пасущимися козами.

Геланор недоуменно посмотрел на меня.

— Мы же только что вышли. Уже устала?

— Я хочу побыть тут немного.

Я села на траву, прислонилась спиной к стволу старого мирта — священного дерева Афродиты и закрыла глаза. Колокольчики звенели в воздухе, наполняя его музыкой. Сладковато-пряно пах чабрец.

Вдруг представление о времени и пространстве исчезло, как в пещере. Я закрыла глаза — ведь Афродита сказала, что зрение — помеха для других чувств, — и постаралась успокоить сердцебиение.

Я отпустила свой ум… воспринимала запахи, слышала звуки, чувствовала землю ступнями. Мне привиделась другая гора, более высокая, чем эта. Она поросла зеленой травой, полевыми цветами, над цветами вились бабочки. Слышался плеск ручьев, сливавшихся в поток, и я ощутила прохладу, почувствовала запах коровьего стада, услышала низкое мычание, столь непохожее на козлиное или овечье блеяние. А потом я увидела спящего пастуха.