Елена Троянская

Он спал, положив голову на траву, и видел сон: на лице его играла улыбка. И я увидела сон, который снился ему: перед ним выстроились в ряд три прекрасные богини. Пастух поднялся и подошел к Афродите. Они о чем-то разговаривали. Слов я не разобрала, но они улыбались и согласно кивали головой. Потом богини исчезли, пастух проснулся, сел, обхватив колени руками, и вздохнул.

— Нужно идти, — сказал Геланор. — Впереди целый день пути.

Да, нужно идти. Я встала. Видения сменяли друг друга в памяти. Три богини — пастух — крутой склон горы — шум горного потока.

Какое отношение все это имеет ко мне? Мы спускались уже по другую сторону горы — точнее, даже не горы, а холма, деревья и растения здесь были совсем другими.

Когда мы добрались до Спарты, солнце уже зашло. Подъем в гору к дворцу — последний участок пути — дался тяжело. Войдя в ворота, я увидела перед дворцом лошадей Агамемнона и колесницу. Донесся запах жарившегося быка.

Усталость навалилась на меня. Ноги, все в пыли после дальнего перехода, болели.

Я хотела одного — поужинать у себя в комнате и лечь спать. Я повернулась к Геланору и простонала:

— Нет, я не в силах выйти к гостям.

— Моя госпожа, это один из тех случаев, когда царица может позавидовать простому смертному. Я могу сейчас пойти отдыхать, а ты — нет.

— Но это несправедливо!

Он рассмеялся и поцеловал меня в щеку.

Уйти ли к себе в комнату и подождать, когда меня позовут? Или лучше сразу пройти в мегарон к гостям, чтобы скорее покончить с этим? Я выбрала второй вариант.

Если я окажусь в своей комнате, трудно будет покинуть ее.

Я прошла через открытое крыльцо и портик вестибюля в мегарон. К счастью, там оказалось не так много людей.

Менелай быстро пошел мне навстречу.

— Милая жена, у нас печальная новость… — начал он.

— Наш дед Катрей скончался на острове Крит, — продолжил Агамемнон. — Мы должны отправиться туда, чтобы принять участие в погребальной церемонии. Его смерть не была неожиданностью. Он прожил длинную жизнь, надолго пережив нашего отца.

Но мы вынуждены отложить отъезд на девять дней.

— Почему же? — спросила я.

— Потому что в тот же день, когда я получил известие о смерти деда, ко мне приехали гости. Один обычай требует присутствовать на похоронах родственника, а другой — принять гостя. Как известно, иноземному гостю или послу положено оказывать гостеприимство и занимать его в течение девяти дней.

— Поэтому я встречу гостя здесь, устрою пир и все, что положено, — пояснил он.