Елена Троянская

 — Деифоб наклонился ко мне и прошептал прямо в ухо: — Я слышал, ты любишь эти старые байки — про Феба и тому подобное. Понимаю тебя. Дочери лебедя положено верить в сказки. Твоя матушка, случайно, не сохранила парочку перьев? — оскалился он.

Я не сдержалась и, замахнувшись, ударила его по лицу.

— Пропусти нас! Или, клянусь богами, царь обо всем узнает!

Вместо того чтобы отойти в сторону, он, напротив, шагнул вперед и крепко схватил меня за руки.

— Ты думала, что сможешь расхаживать среди нас, не возбуждая желания? — прошипел он.

 — Ты только и можешь, что разжигать похоть. Больше ты ни на что не годишься.

Я вырвала руки и изо всех сил оттолкнула его.

И это брат моего мужа! Как мог он дойти до такого бесстыдства? Растоптать все приличия? Мне бы хотелось думать, что его слова продиктованы болью за родной город, который находится в опасности, но я читала вожделение в его глазах с нашей первой встречи.

Змея. Холодная и спокойная, она пребывает в своем подземном укрытии. Я должна увидеть ее, чтобы обрести покой после этой безобразной сцены.

Схватив Эвадну за руку, я шла, наверное, чересчур быстро для нее, но мне не терпелось скорее ощутить мудрость и покой моей молчаливой советницы.

Вход в подземную комнату находился на первом этаже. Мы с Эвадной спустились по лестнице в комнату, которая освещалась масляными лампами. Служитель на рассвете приносил молоко и медовые лепешки, ежедневно заменял букеты из сухих трав, чтобы воздух оставался свежим.

После яркого солнечного света комната, освещенная масляными лампами, показалась темной.

Я подумала, что потребуется немало времени, чтобы глаза привыкли к темноте, очертания предметов перестали дрожать и обрели отчетливость. Я с нетерпением ждала момента, когда смогу подойти к алтарю, позвать мою советницу и высказать ей все, что мучает меня.

Мрак медленно рассеивался. Вот показался гладкий каменный пол, квадратные камни поблескивали в свете масляных ламп. Я глубоко вдохнула сладкий запах трав, стоящих в вазах перед алтарем.

Эвадна присела рядом со мной, лишь дыхание выдавало ее присутствие.

Когда наконец глаза смогли увидеть всю комнату, мое внимание сразу привлекло нечто, похожее на веревку, лежавшую перед самым алтарем. Холод сразу прокрался мне в сердце.

Неужели случилось непоправимое?

Эвадна, естественно, ничего не видела.

— Подожди тут, — сказала я как можно более спокойным голосом.

Я подошла к алтарю, и ужасное подозрение подтвердилось: моя змейка была мертва. Ее убили.