Елена Троянская

А Парис? Да, сейчас он чувствует себя лучше, меньше скорбит о Троиле, но выдержит ли он еще одну потерю, если кого-либо из близких убьют? А новые смерти непременно последуют. Парис и сам может оказаться в числе погибших. Итак, чтобы спасти ему жизнь, я должна уйти.

На душе было странное чувство: я хранила свой замысел в тайне и ходила среди живых как призрак, но никто не догадывался, что я призрак. Я наслаждалась теми часами, которые проводила у очага, разговаривая с Гектором и Андромахой, я радовалась вниманию старого Приама, которое он щедро расточал мне, ибо я знала: скоро этому придет конец.

Что касается Париса, то я смогла простить ему все: и мрачность, и холодность, и переменчивость по отношению ко мне. Это ничтожные пятна на его солнечной сущности. Они возникли по моей вине, и они исчезнут, если я уйду. Он станет прежним Парисом. Только я этого уже не увижу.

Рассказывают, что Ифигения в последнюю минуту перестала бороться и отдала свою жизнь за то, чтобы греки могли отплыть в Трою.

Теперь настал мой черед — я должна спасти троянцев от этих самых греков.

Парис ни о чем не подозревал. Я сама удивилась, не испытав при этом радости, как успешно могу притворяться. Первые дни мысль о разлуке с Троей заставляла мое сердце кровоточить, но постепенно оно закалилось. Я прочувствовала, как мало значит мое личное горе по сравнению с общим, которое наступит, если я останусь. Последние сомнения рассеялись.

Когда уйти и как? Городские стены охраняются даже ночью.

Переходы между башнями находятся под наблюдением часовых. Только в редкие безлунные ночи фланги крепости окутаны тьмой, но тем внимательнее прислушиваются часовые к малейшему шороху. Любого, кто карабкается по стене, сразу обнаружат. Да и как лазать по этим стенам? Их высота — шесть мужских ростов, они облицованы гладким камнем, за который не зацепишься ни рукой, ни ногой.

Может, воспользоваться водными путями? Но в черте города два колодца, поэтому не существует лазов для доставки воды.

Сточные воды отводятся по широкому канализационному каналу. Он выходит наружу под южной стеной, но оборудован решеткой, которая не пропускает предметов крупнее крысы.

Возможно, мне удастся отлучиться по какому-либо делу. Но меня никуда не выпускают без охраны. Да и не существует дела, ради которого мне позволят рисковать жизнью, особенно после случая с Троилом.