Елена Троянская

— Почему ты так считаешь?

— Потому что единственный человек, который озабочен моим возвращением, — это мой бывший муж, Менелай. Что касается остальных, то им нужны богатства Трои, а не я.

Он пристально смотрел на меня. Дошел ли до него смысл моих слов?

— Агамемнон начал говорить о походе на Трою задолго до моего бегства. Он давно строил эти планы. Мое возвращение для него ничего не значит, — уточнила я.

— Ты боишься возвращаться?

Антенор откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Нет! Я даже решила вернуться.

Но умные люди убедили меня в бессмысленности этого поступка. И я послушалась. Греки приплыли сюда не ради Елены. Я не столь глупа, чтобы так думать.

Он смотрел на меня, словно прикидывая, можно мне верить или нет. Я тоже смотрела ему прямо в глаза. Вдруг в моей голове всплыли давние намеки моей матери отцу о том, как в его отсутствие она принимала троянского посланца и что эта обязанность не была ей в тягость.

Антенор был хорош собой, даже красив. Такой вполне может приглянуться царице, особенно заскучавшей в одиночестве.

— Ты мудрая женщина, — сказал он наконец.

— Мне это качество досталось по наследству.

— Не знаю, но кто бы он ни был, я испытываю к нему искреннюю благодарность.

— Безусловно, человек должен питать благодарность по отношению к своим предкам, — кивнул Антенор. — Значит, мы не будем делать никаких предложений грекам. Что ж, мой друг…

— Разве я твой друг? Если так, то я рада. В таком случае нас можно считать старыми друзьями. Насколько я могу судить, ты некогда посещал Спарту и знаком с моими родителями.

— Увы, только с матушкой. — Он развел руками. — Твой батюшка отсутствовал в ту пору: воевал с Фиестом. Но твоя очаровательная матушка радушно встретила меня. Она показала мне дворец: чудесный дворец, который возвышается над долиной, над извилистым Евротом. Помнится, мы…

— Не сомневаюсь, что вы приятно провели время, — перебила я.

Не то чтобы он нахмурился — его воспитанность не допускала подобного выражения чувств, — но легчайшая тень пробежала по его лицу, и он продолжил:

— Прежде всего мы отправились на прогулку вдоль Еврота, который тогда сильно разлился из-за таяния снегов.

Прекрасная река! Там водятся необыкновенные лебеди: гигантские и величавые, каких я больше нигде не видел. Один из них даже напал на нас! О, прости, Елена… Может, мои воспоминания неуместны? У него были несказанной красоты перья: ослепительно белые. — Антенор встал и достал резную шкатулку. — Одно у меня сохранилось, сейчас найду.