Елена Троянская

Труднее всего далось прощание с дочерью и внуком. Крепче всего привязывают наше сердце родные люди, а не улицы, гробницы или обязанности. Я утешала себя мыслью, что мы еще увидимся. Буду в это верить.

В Гитионе меня ждал у причала корабль. Гитион… Здесь все и началось. А что, если бы тогда я не отправилась с Геланором?..

Вот она, незавидная доля старухи! Прожить такую долгую жизнь, накопить столько воспоминаний, что на каждом шагу они хватают тебя за руку и шепчут: «А что, если бы?..»

Я поднялась по сходням на корабль.

Будь что будет, я готова ко всему. Моя жизнь еще не полностью застыла, как смола, приняв известные очертания прошлого. Меня ждет впереди неизвестное — привилегия, доступная лишь молодым.

Плавание проходило гладко, и хотя это не был полет, как во сне, но казалось, что мы скользим по поверхности воды, не встречая никакого сопротивления. Мы причаливали к разным островам, но я строго-настрого приказала не делать остановок у Кранаи и Киферы.

Ветер исправно надувал паруса, и гребцы могли подолгу отдыхать, сложив весла.

Казалось, ветры задались целью побыстрее доставить нас в Трою. Плавание заняло три дня — немыслимо короткий срок.

Я стояла на палубе и, прикрыв глаза, различала троянский берег. Желтая полоска приблизилась, и я наяву увидела то, что видела во сне: узкую ленту Геллеспонта, холмы, на которых стояла Троя.

На веслах мы подошли к берегу, и, сделав несколько шагов по щиколотку в воде, я снова ступила на берег своих снов. На песок накатывали мелкие волны.

Не видно ни души. От войны не осталось следов: ни шатров, ни насыпей, ни рвов. Все сровняло время. Как будто никогда тут греков и не бывало.

Вдалеке виднеется темный курган — то, что некогда было Троей. Насыпь, отмечавшая могилу Ахилла, совсем не так высока. Время и ветер сделали свое дело.

Не осталось и сруба, в котором я с другими пленницами провела последние часы на этой земле, но я хорошо помню, где он находился. Я могу указать и место, где были сложены грудой сокровища Трои.

Теперь тут прохаживаются чайки, их окатывают пенные волны, брызги вспыхивают на солнце изумрудами — в память об изумрудах, некогда лежавших на этом берегу.

— Куда идти, госпожа? — растерянно озирались мои спутники, указывая в сторону Трои. — Туда?

Я не хочу спешить. Сначала прогуляюсь по равнине, посижу на берегу Скамандра, доберусь до подножия Иды. Осмотрю места, которые окружают Трою, соберусь с духом и только потом ступлю в город. Встречусь со своим сном.