Елена Троянская

Ты объявишь женихам: все они должны дать клятву, что примут выбор Елены. А если кто-либо будет оспаривать его или угрожать благополучию ее брака, то все остальные вместе выступят против него.

— Но почему ты думаешь, что они согласятся дать такую клятву?

— Мужчина всегда воображает себя победителем. Каждый будет думать, мол, Елена выберет его, и клятва защитит его интересы. А потом уже будет поздно.

— Ты сказал «выберет Елена»? — робко переспросила я.

— Да, моя маленькая красавица. Это должен быть именно твой выбор.

— Но это неслыханно! — воскликнула мать.

— Я уверен, она прислушается к мудрым советам своих родителей, — сказал Одиссей, подмигнув мне. — Но решающее слово ты должна произнести сама. Ты должна сказать: «Я выбираю своим мужем того-то».

Я пришла в необычайное волнение, представив себе это.

Одиссей затерялся среди гостей.

Высокий старик с морщинистым лицом и дрожащей головой направлялся к нам, пытаясь ни с кем не столкнуться по пути, и при этом не переставал беседовать со своим спутником.

— Счастье снова видеть тебя, Тиндарей, это стоит дальнего переезда с Пилоса, — провозгласил старец с чувством и воздел руки. — А путь был нелегким: у нас случались частые поломки, и, чтобы отремонтировать повозку, пришлось сделать крюк. Хотя это все пустяки по сравнению с тем случаем, когда во время битвы с эпейцами от моей колесницы отвалилось колесо, помнишь? Хотя нет, ты слишком молод, ты не участвовал в той битве…

— Приветствую тебя, царь Нестор! — заговорил отец, когда старик сделал паузу, чтобы набрать воздуху в грудь.

«И наверное, глухая и слепая», — подумала я.

— Да-да, ты прав. За женой приехал не я, а мой сын Антилох. Вот он!

И старик шлепнул молодого человека по спине, отчего тот поморщился.

Антилох был среднего роста, с приятным лицом — то ли благодаря его чертам, то ли благодаря выражению, затрудняюсь объяснить. Но у него было одно из тех лиц, обладателю которого хочется доверять, это я сразу почувствовала.

— А что ты намерен показать, чтобы выиграть состязание? — без обиняков спросил отец.

Он все еще находился под впечатлением от разговора с Одиссеем о возможном кровопролитии среди женихов.

— А, хочешь выведать секрет? — Нестор погрозил отцу пальцем. — Если честно, ты меня удивляешь, Тиндарей! Кому, как не тебе, знать, что он может показать!

— Ты, Нестор, отец Антилоха, а не мой, поэтому сделай милость, не брани меня.