Эпидемия

— Где мы можем разместить пятьдесят восемь человек? — спросил седоволосый.

— Госпитали, инфекционные больницы… Места найдутся.

— Да, но их еще надо доставить туда. Надо предупредить медицинский персонал, обеспечить режим секретности и так далее.

Референт пожал плечами. У него не такие уж и большие звезды на погонах, чтобы принимать решения. Выполнять указания — еще куда ни шло.

Они спустились по лестнице на первый этаж и вышли во внутренний двор Лубянки. Там их поджидала черная «Волга», как две капли воды похожая на своих сестричек, стоявших на взлетной дорожке «Домодедова».

Референт открыл заднюю дверь, генерал удобно устроился на сиденье. Молодой человек сел впереди, ворота открылись, и машина, включив сирену, резко взяла с места.

Через несколько минут зазвонил радиотелефон. Референт снял трубку, покивал, затем, прикрыв мембрану ладонью, обратился к седоволосому:

— Товарищ генерал, Кудрявцев сам ищет контакта!

— Хм… — генерал почесал подбородок.

— Минут через двадцать.

— Ладно. Переключайте на меня.

Николай стоял в проходе и ждал. Из машин по-прежнему никто не выходил. Дождик усилился, и взмахи стеклоочистителей стали чаще, но так и не потеряли синхронности.

Внезапно синяя шторка отодвинулась, и показалась стюардесса.

— Вы можете пройти в кабину пилотов?

Кудрявцев попытался улыбнуться стюардессе, одернул пиджак и медленно пошел по проходу.

В кабине пилотов его встретили четыре пары напряженных глаз: командира корабля, второго пилота, бортинженера и радиста.

— Это из-за вас такая суматоха? — недружелюбно спросил командир.

Кудрявцев пожал плечами.

— Слушайте, у меня сорок шесть пассажиров на борту, и я несу за них ответственность. Я не хочу, чтобы из-за ваших шпионских игр с ними что-нибудь случилось.

— Это от меня не зависит, — развел руками Николай.

— А от кого? Почему нас не подпускают к терминалу? Что вообще происходит?

— Боюсь, я не могу вам все объяснить.

Командир усмехнулся.

— А вы не теряетесь!

— Простите, — мягко сказал Николай.

Командир кивнул, и трое мужчин в белых рубашках покинули кабину.

— А дальше — соединяйте. Буду разговаривать.