Эпидемия

Не исключено, что скоро начнут поступать новые заболевшие: ведь Ремизов наверняка успел заразить кого-нибудь, пока гулял по городу.

В-третьих, немедленно известить СЭС о возможной эпидемии. Стоп!

Здесь возникал один вопрос. Что раньше — позвонить в «органы» или в СЭС? Если несчастный Ремизов сказал правду (Гарин не был до конца в этом уверен, ему по-прежнему казалось, что заявление насчет искусственной природы штамма — бред, вызванный нейротоксическими явлениями), то вирусом должны заинтересоваться соответствующие структуры.

Записка! Он снова вернулся к записке. Как ни крути, сначала он должен ее прочесть. Вот ведь незадача! А если это все-таки не грипп? Гриппа не стоит опасаться: его вирулентность при непосредственном контакте ничтожно мала; этот вирус обладает высоким сродством к эпителию дыхательных путей, а при попадании на кожу он абсолютно безвреден. Но если это все-таки не грипп?

Гарин открыл дверь кабинета заведующего и положил запечатанный пакет на стол.

Тут он точно не промахнется. Высокая температура убьет любой вирус, а их в пятнах крови должны быть миллионы. А может — миллиарды.

Гарин открыл форточку, затем подумал и распахнул окно настежь. «Так лучше. Пусть будет сквозняк».

Лампочка на боковой поверхности утюга наконец погасла. Гарин поискал, куда бы положить записку.

Он поймал себя на мысли, что до сих пор думает о каких-то ничего не значащих мелочах вместо того, чтобы реально оценить опасность и понять, что пара пятен на столешнице — сущая ерунда по сравнению с тем, что происходит.

Гарин вздохнул и стал распечатывать герметичный пакет.

Он положил неизвестный прибор на угол стола, потом достал записку, потянулся за утюгом — и в этот момент раздался телефонный звонок, заставивший его вздрогнуть от неожиданности.

Гарин, не задумываясь, схватил утюг.

— Да, слушаю! — сказал он и в следующую секунду выругался. — Идиот! Хорошо, хоть не успел прижать к уху!

Он схватил другой рукой телефонную трубку.

— Да, слушаю, — повторил он.

— Андрей Дмитриевич! — это была Алена. Она пыталась кричать шепотом, и, как ни странно, у нее это получалось.

— Что случилось? — Гарин похолодел от внезапного предчувствия.