Эпидемия

Ничего такого, что позволило бы ему сдвинуться с мертвой точки.

Если подводить краткий и весьма неутешительный итог — он застрял.

Кашинцев знал про этот вирус почти все, за исключением самого главного: как он активируется? Ведь это должно быть просто. Так же просто, как щелчок выключателя. Некое воздействие — и нейраминидаза переходит в активную форму, вирус внедряется в клетку и начинает свою гибельную работу. Да. Вроде бы все так. И, казалось бы, что тут сложного — исключить действие пускового фактора, и эпидемия остановится.

Видимо, он чего-то не знал. Или — что было более вероятным — ему нарочно чего-то не говорили.

«Блядские рыцари плаща и кинжала! — ругался про себя Кашинцев, в глубине души опасаясь, что где-то в „актовом зале“ стоит прибор, позволяющий читать чужие мысли. — Как в преферансе, когда играют вчетвером: сижу на прикупе и ничего не могу поделать. Зачем тогда потребовалась вся эта чехарда? Сначала из Питера — в Москву, затем из ИБХ — сюда… Я ни хрена не понимаю в этих играх».

Он изложил свои соображения Валерию Алексеевичу. Тот нахмурился и сухо ответил, что ничем не может помочь. И Кашинцев ему поверил.

Валерий Алексеевич несколько раз выходил из зала (Игорь полагал для того, чтобы связаться с кем-то, наделенным куда большими полномочиями, чем он сам) и каждый раз возвращался ни с чем.

Это заставляло Кашинцева нервничать; больше всего он опасался за свою жизнь, хотя, немного поразмыслив, пришел к выводу, что пока бояться не стоит — именно потому, что он не располагал полной информацией, стало быть, и проболтаться не мог.

Эта мысль показалась ему трезвой и здравой; Кашинцев немного успокоился и снова принялся за работу.

Он решил поставить себя на место Ильина. Допустим, ему удалось получить штамм вируса с абсолютно новой, но стабильной (то есть неактивной) нейраминидазой. Такой вирус безвреден для живого организма до тех пор, пока его нейраминидаза не станет нестабильной.

На слайдах было четко показано, в чем причина нестабильности — в двух разорванных сульфидных мостиках. Но как, черт побери, их разорвать? Понятно, что надо подвести несколько квантов энергии. Путем химической реакции? Небольшим повышением температуры? Да, похоже на правду.

Кашинцев вспомнил слова Валерия Алексеевича, сказанные им в ИБХ. «Здесь должна быть зацепка!»

— Валерий Алексеевич! — спросил Кашинцев.