Эпоха мёртвых. Москва

Во-первых, другие на эти окна установить было невозможно, а во-вторых, Уринсон полагал своей главной защитой скрытность и конспирацию, а не фортификационные сооружения. Именно поэтому он менял офисы в среднем раз в год. Из этого он, кстати, тоже собирался в ближайшее время съезжать, да вот не успел.

— Тросом? — спросил Виталя, увидев, как Валера разглядывает замок.

— Тросом — кивнул тот. — Цепляйте.

Продолжая настороженно оглядываться, Виталя с Саней прикрепили толстый стальной трос к фаркопу «крузака», а ещё один боец уселся за руль.

— Во, делов-то! — гордо сказал Виталя, скидывая с плеча автомат. — Полезли?

— Давай, — кивнул Валера. — Вышибай окно.

Тишина сломалась окончательно. Водопад разбиваемого железным прикладом АКМС стекла посыпался на асфальт, звон и грохот стоял такой, что казалось, будто любой спящий мертвяк отсюда и до самой МКАД в суматохе просыпается, не понимая, что же такое происходит.

Выбив стёкла, Виталя просунул руку в перчатке внутрь и открыл задвижку. Распахнувшиеся рамы смели оставшиеся на подоконнике осколки наружу, вызвав новую волну шума.

— Воины, арку под прицелом держите! — скомандовал Валера остающимся. — Наверняка кто-то на шум припрётся, как бы не пожрали нас тут. Понятно?

— Понятно! — вразнобой ответили бойцы.

Кто из них кто, Валера сейчас сам не понимал, все были в чёрных масках, но команду выполнили дружно.

— Давай первым, — сказал Валера, хлопнув Саню по плечу.

Тот чиниться не стал, а лишь перехватил оружие поудобней и заглянул в окно. Затем спросил:

— Никуда, — ответил Валера. — Вошёл и замри, жди остальных. В холл попадаем.

— Понял, — ответил тот и ловко вскочил на подоконник, сильно согнувшись. Ещё шаг, и боец оказался в здании, отступил в сторону, давая дорогу остальным, вскинул оружие, взяв на прицел проход, ведущий дальше, в тёмный офис.

— Теперь я, — сказал Валера и полез следом.

Так ловко проникнуть внутрь у него не получилось, Саня был невысокий и тощий, а Валера здоров как бык. Захрустело стекло под подошвами, затем он тяжело спрыгнул на гулкий пол, покрытый ковролином, тоже сместился в сторону, освобождая проход лезущему следом Витале.

— Ты у окна стой страхуй, — сказал Валера третьему бойцу, которого все звали Матроскиным, и никто не знал, как его зовут на самом деле.

— Я понял, — ответил тот.