Эпоха мёртвых. Москва

— Слышу, — так же шёпотом ответил он.

Уже три луча направились на эту дверь, и едва пятна света наложились друг на друга, с той стороны на неё обрушился тяжёлый удар, такой, что из-под косяка сухая штукатурка посыпалась. Мы разом подскочили от неожиданности, а за шиворот мне словно ведро снега кто вывернул — настолько обдало меня паническим холодом: удар был слишком сильным для обычного мертвяка.

— Это кто там? — испуганно взвизгнула Вика, и я точно знаю, что, если бы крикнул я сам, тональность у меня была бы такой же.

— А разница есть? — ответил вопросом Лёха, отступая задом к двери в серверную и подталкивая в ту же сторону свою девушку.

За дверью послышалось шебуршание, словно кто-то тёрся о неё, затем на филёнку обрушился второй удар, такой, что она заметно выгнулась, а дверь, если бы не клин под ней, распахнулась бы настежь.

— Уходим? — испуганным голосом спросил суетящийся и чем-то громыхающий в серверной Большой.

— Хрена пухлого! — крикнул я. — Не для того сюда лезли. Работай!

— Ты не суетись, а то в болтики отвёрткой не попадёшь, — прокомментировал Лёха, сам чуть не подпрыгивающий на месте.

Снова сотряслась дверь, в ней что-то нехорошо захрустело. Надо что-то делать, или вскоре то, что за дверью сидит… а что там сидит, догадаться совсем не сложно, окажется в холле, и придётся с ним разбираться с дистанции три метра, и шансов у нас будет… не так чтобы много.

— Вика, дверь на лестницу держи! — крикнул я. — Лёха, за мной давай.

Подскочив к двери, я подставил под неё снизу ботинок и надавил изо всех сил руками.

Лёхе подсказывать не надо было, он сам сообразил, нагнувшись и открыв сумку с клиньями. Пусть хоть так, хоть что-то дополнительное держит дверь, каждая секунда на счету… Дольше продержимся — меньше порвут.

То, что ломилось в дверь, затихло на какой-то момент, когда Лёха заколотил самодельной киянкой по забиваемому клину, насторожилось, видать. Но затем снова послышалась возня, полотно двери даже чуть отогнулось после того, как это нечто навалилось на неё, а затем на тонкий белый пластик филёнки посыпались равномерные удары, словно кто-то, стоящий с той стороны, колотил по ней руками поочередно, но в каждом кулаке при этом было зажато по пудовой гире.

Сыпалась штукатурка, треснул дверной замок, потом вдруг его рукоятка вывалилась с нашей стороны, глухо стукнув о ковровое покрытие пола.

— Может, через дверь пальнуть? — растерянно спросила Вика, обернувшись и приподнимая ружьё.

— Не вздумай! — перепугался я.