Эра негодяев

Но таможенники не стали обременять себя излишними формальностями. Один из них, по виду — самый молодой — подошел к 'фиату', безразлично посмотрел на пассажиров, и лениво спросил:

— Vam valami elvamolnivaloja?

— Нем! — бодро ответил Одиссей.

Таможенник едва заметно махнул рукой — проезжай, дескать — и через несколько секунд они оказались в пределах Венгерского государства.

Когда таможенный пункт Парашшапушта оказался далеко позади, Игорь с уважением протянул:

— Ну, на ихнем языке рубишь!

— Двести слов. Больше не потянул.

И то я тебе скажу, язык — не дай Господь! Двадцать шесть падежей приблизительно!

— Ого! — аж присвистнул Игорь.

— Зато — никаких родов, ни женского, ни мужского, ни среднего. И никаких времен. Все он-лайн. Суффиксальное словообразование. Короче, если захочешь выучить венгерский — лучше удавись.

— Это ж как — никаких родов?

— А вот так. И личных местоимений нет.

— А как же тогда сказать 'мой дом'?

— Хм. Да, в общем просто. 'Хаз' — это дом. Просто дом, ничейный. 'Хазам' — мой дом.

'Хазамбан' — в моем доме.

— Да-а, не дай Бог на венгерке жениться…. А все ж смотри, как тут у них границу переходить просто. Пять минут — и вся недолга. Европа!

— Не был ты на чешско-словацкой границе осенью девяносто третьего. Все с оружием, чехи на словаков и словаки на чехов как враги смотрят, машины шмонают — аж пыль столбом! Ну, то есть чехи — словацкие машины, и наоборот. Такой был, ты знаешь, накал противостояния в последнем градусе, что казалось — еще чуть-чуть, и рванет. Они тогда как раз разводились, делились на Чехию и Словакию — и, видно, у обеих сторон к оппонентам много трудных вопросов накопилось.

В общем, взаимной ненависти тогда на границе было — с избытком.

— Проезжал как раз тогда мимо. Из Берлина в Будапешт шел. А, кстати историю прикольную расскажу.

Короче, не горел у меня правый ближний. Ну, днем, пока по Чехии проезжал — а шёл я из Дрездена через Теплице и Прагу на Брно — сам понимаешь, туда-сюда, а я вечером уже к Братиславе подъезжал. Пришлось ближние зажечь.

Ну, и спалили меня словацкие полицаи. Обгоняют на 'шкоде-форман', и загорается у них на заднем стекле надпись 'стоп'. Ну, я, конечно, торможу. Выходят эти кренделя, пальцем на ближний показывают — дескать, все, приехали, друг ситный, паркуй свое авто и ремонтируйся; отпустить тебя не имеем права. Ну, ты ж словацкий сегодня днем слышал, когда границу пересекали и в Ружембероке обедали?

— Слышал. Похож на украинский, такой, типа, западэнский.

— Ну вот.