Эра негодяев

Минут десять двухмоторный уродец с нелепой тарелкой на горбу гонял двигатели на холостых — Одиссею уже показалось, что тот просто так, для профилактики, решил нагрузить движки — но нет, прогрев моторы, самолет начал потихоньку двигаться на взлетную полосу. Стало быть, ему тягач не нужен… Ну хорошо, дружище. Ты у нас и станешь первенцем!

Одиссей достал чехол, и, не торопясь, вытащил из него тубу с ракетой. Пятнадцать килограмм, даже меньше пуда…. Сколько, интересно, у нее взрывчатки в головной части? Хоть килограмм есть? Сможет он завалить этот 'хокай' — или только пощекочет ему моторчик? А-а, неважно.

Важно теперь, как думал Пин перед сражением у ворот Мордора, не осрамиться. Вот и все. Пусть Юрка Блажевич увидит его выстрел, пусть порадуется, что отомщен. Хотя он был толстовец, мой Юрка… Ладно, не важно. Важно, что у него сейчас будет шанс провести свой собственный, персональный, можно сказать, бой с Люцифером, восшедшим на престол князя мира сего…. Как говорил Юрка? 'Грядет царствие Антихриста?' Оно уже пришло, мой старый друг. И если мы будем молча наблюдать за Князем тьмы, молча сносить буйство его подручных — то зачем мы тогда родились на этой Земле? Нет, Юра, Путь Праведных — не в смирении, не в уходе от мирской суеты! Ты был не прав, мой старый товарищ. Путь Праведных — это путь воина, смертным своим телом защищающего свой дом от напасти! Жаль, что я так и не смог поговорить с тобой, брат мой…

Серый уродец вышел на прямую и начал разгон. Хорошо, парень, хорошо…. Давай, набирай скорость.

Через три минуты она тебе очень пригодиться!

Он снял крышки — переднюю и заднюю, бросив мимолетный взгляд на хищное рыльце ракеты, бликнувшее стеклянным глазком. Затем отключил предохранитель, перещёлкнув его в положение 'пуск'. Медленно положил трубу на плечо, и, развернувшись в сторону аэропорта, через визир прицела начал искать уже оторвавшийся от земли 'хокай'. Ага, вот он, голубчик! Торопиться, бродяга! Скорость у него сейчас километров триста с хвостиком, высоту набрал уже метров сорок — самое оно то! Теперь мы тебя, голубок, возьмем на прицел… Одиссей щелкнул тумблером — на панели загорелся красный глазок, система самонаведения ракеты начала поиск теплового следа взлетающего самолета.

Сейчас загорится зеленый…. Сейчас…. Сейчас….Сейчас…. Есть!

Одиссей изо всей силы нажал на спусковой крючок.

Мощный, никогда им ранее не слышанный удар, затем, через долю секунды — гулкий выдох, ударившее, как казалось, прямо в лицо, пламя.