Эра негодяев

И затем он, подполковник Левченко, и получает свое жалованье — дабы этот укорот был действенным и эффективным.

Ну что ж, посмотрим. Может, и он на своем месте что-то путное для своей страны в состоянии сделать…

В Вязьме он подошел к группе таксистов, живописно расположившейся у чьей-то изрядно потрёпанной 'девятки', и, после долгого и азартного торга, сговорился с пожилым, но еще очень энергичным дядькой за тысячу рублей на рейс до Рудни, последней станции железнодорожной линии Смоленск-Витебск на российской стороне.

Причем попросил дядьку по пути посетить несколько населенных пунктов, лежащих в стороне от международного автомобильного тракта, именуемого 'Минским шоссе', или, в просторечии, 'минкой'.

Делать Левченко в этих городках было решительно нечего, но иначе было бы трудно, не навлекая подозрений, упросить хозяина пожилой 'шестерки' не выезжать на большую трассу — где находились стационарные пункты ГАИ и где, чем чёрт не шутит, фамилию пассажира тоже могли внести в какой-нибудь милицейский 'талмуд'.

Дядька достал из бардачка донельзя истасканную карту, что-то прикинул, промычал себе под нос какие-то слова — Левченко так и не понял, что тот говорил — потом, хитро взглянув на пассажира, произнес:

— Так, стало быть, мил человек, тебе надо в Рудню в обход трассы? Так я понимаю?

Левченко неопределенно хмыкнул в ответ. Пусть думает, что хочет.

— Лады, поехали. Только прибавить чуток придется — мы на полста верст лишку дадим.

— Прибавить — не вопрос.

Ты, главное, до пяти вечера довези. — Левченко решил излишне не скупиться. Мало ли что…

— Довезем, будь надежен! — И таксист, вжав педаль газа до максимума, с необходимой, по его мнению, для данного случая лихостью рванул свою пожилую машинку из общего ряда, а затем молодецки вырулил на привокзальную площадь.

Всю последующую дорогу Левченко был вынужден выслушивать жалобы водителя — причем не было в мире вещи, положением которой тот был бы доволен. Жаловался он на дороговизну всего и вся (причем, что характерно, напирал на немыслимую стоимость бензина и запасных частей, прозрачно намекая седоку на невыносимо низкую и до обидного ничтожную плату за поездку), на коллег, на детей, на жену, на международное положение; в общем, эта планета никоим образом не подходила для проживания водителя старенькой 'шестерки', и лишь невозможность ее покинуть еще удерживала его от желания выбрать для проживания другой глобус.