Эра негодяев

Если нужен будет склад, или средство передвижения, или экстренная помощь в эвакуации — найди Лаци, передай ему одно слово — 'Темиртау'. Сегед в двадцати километрах от границы с Югославией, так что удрать, в случае чего, тебе будет куда.

Затем Будапешт. В Кишпеште — это такой район на юго-востоке — на улице Кёнвеш Кальман кёрут — 'кёрут' означает проспект, проспект Кальмана Кёньвеша, был у них такой король, книжками увлекался — в доме номер восемь есть бюро переводов. Там работает такой Янош Фекете. Когда окажешься в Будапеште — обратишься к нему.

Кодовое слово 'Сарепта'. Запомнил? Он же тебе скажет, куда складировать привезенный товар, и вообще, можешь рассчитывать с его стороны на любое содействие.

— Записывать, конечно, нельзя?

Левченко удивлённо посмотрел на собеседника.

— Ну почему? Не настолько мы пугливые идиоты. Запиши, дорога длинная, по пути все выучишь наизусть. Но с этой бумажкой лучше тебе распрощаться по приезде в Минск.

— Понял. — И Одиссей тут же записал все сказанное подполковником на чистом листе из небольшой стопки, что хранилась у него в папке с накладными.

— Теперь по деньгам. Сколько тебе нужно?

— На всю операцию, я рассчитал — где-то двадцать две тысячи, не считая тех семи, что я уже взял.

— Ты ж говорил — пятьдесят? — удивился подполковник.

— А у меня почти самоокупаемый вариант нарисовался. — Как-то загадочно усмехнувшись, ответил его собеседник.

— Ну-ну. Как скажешь. Держи. — И с этими словами Левченко достал из своей сумки несколько серо-зеленых пачек.

Отсчитав нужную сумму, остаток он, немного поколебавшись, все же сунул в руки Одиссея: — А, забирай все! Пусть будет тридцать — что я тебя буду, как сироту, оделять? На крайний случай, полежит где-нибудь в загашнике — про запас. Не понадобиться — вернешь; все лучше, чем в нужный момент у тебя какой-нибудь поганой сотни не окажется!

Затем они распрощались, и Одиссей, напоследок махнув подполковнику рукой, забрался в свой микроавтобус; пыхнув ядовитым соляровым чадом, пожилой 'Мерседес' развернулся на площадке и тронулся в дальний путь.

Левченко проводил его глазами, вздохнул, сел в свою машину и тронулся в сторону Москвы. Итак, третье, самое важное, направление будущей операции 'Обилич' началось… Дай Боже в час добрый!

Здравствуй, Александр!

Я получила твое седьмое письмо. Большое спасибо, что ты меня не забываешь, хотя мне немного странно было читать о любви и о прочих нежностях, которые ты

зачем-то упомянул.