– Как ты сказал? Разборки? – удивился толстяк.
– Ну, ссыльные так свои споры называли, а я услышал, – тут же выкрутился Мишка.
– Считаешь, «Арисаки» им в самый раз станут? – продолжал допытываться урядник.
– Ханты народ субтильный. Крепкие, но легкие. Так что эти винтовки им как раз по руке будут.
– Может, и так, – задумчиво кивнул толстяк.
– Так, дядя Николай. Японцы вон тоже сильные, но легкие. Потому и винтовки такого калибра придумали, чтобы отдачей с ног не сбивало. Ведь если ее рядом с любой другой магазинкой положить, так только по калибру и можно отличить.
– Ну, тут с тобой спорить себе дороже, – усмехнулся урядник. – Да только винтовки те на наш склад по описи сданы были. А ты предлагаешь их продать.
– Не продать, Николай Аристархович, а передать на вооружение союзного поселку племени, – усмехнулся в ответ парень. – Да и не станет про них никто спрашивать. Был бы наш калибр, другое дело. А так… – Мишка скривился и махнул рукой. – Не нужны они никому.
– А ну как спросят? – не сдавался урядник.
– А и спросят, так скажете, что свезли в депо да в переплавку пустили. Чего старье копить?
– А в депо скажут, что не было такого.
– Так надо сделать, чтоб было.
– Это как? – растерялся урядник от такой наглости.
– А вы меня на свой склад пустите, – лукаво усмехнулся Мишка, мысленно потирая загребущие ручонки. – Я все оружие, что там есть, осмотрю, проверю, и что поплоше, и вправду в депо свезем. А что получше хантам отдадим. И им хорошо, и нам прибыток. А в депо никто и смотреть не станет, какие стволы мы привезли.
Им до того и дела нет. А если еще я их разберу, так вообще никто ничего не поймет.
– Что, уже и на заимку не торопишься? – поддел его урядник.
– Пара дней погоды не сделают, а если решим вопрос, то спину себе прикроем.
– Одного не могу понять, с чего ты так уверен, что ханты станут в нашу драку лезть? – неожиданно спросил урядник.
– А с того, что понимают: нас сметут, потом и до них дело дойдет.
– А чего тогда сюда не приходят?
– Да с того, что наши господа их и за людей не считают, – скривился Мишка.
– Для благородных это дикари немытые.
– Ты это, Миша, язык-то придержи, – разом посуровев, пробурчал толстяк.
– А с чего бы? – жестко усмехнулся парень. – У них пушнину как только ни выманивают. И водкой, и обманом, и цены стараются не дать. Вот и не хотят они сюда ходить. Думаете, с чего я как приехал, суетиться начал?
– Да понятно, – вздохнув, отмахнулся толстяк. – Ладно, уговорил. Завтра с утра открою тебе склад.
