Огонь горит, несмотря на середину лета, а в большом кресле перед камином восседает бабушка Болейн.
Георг коротко приветствует ее и оборачивается к домоправительнице, последовавшей за нами:
— Вон. И займитесь своими делами.
— Что с Марией? — интересуется бабушка.
— Жара, солнцепек. — Георг импровизирует на ходу. — Слишком много времени провела верхом так скоро после родов.
— И все? — колко осведомляется она.
Брат толкает меня в кресло, сам падает на стул.
— Еще жажда, — произносит он со значением. — Думаю, стаканчик вина ее воскресит.
И меня тоже, мадам.
Старая дама только улыбается его грубости и жестом показывает на массивный буфет. Георг вскакивает на ноги, наливает себе и мне вина. Залпом пьет свой стакан и наливает еще.
Я отерла лоб тыльной стороной ладони, оглянулась:
— Пусть Екатерину приведут ко мне.
— Брось это, — посоветовал брат.
— Она меня едва знает. Похоже, совсем забыла.
— Вот поэтому я и говорю — брось это.
Я пытаюсь спорить, но брат настаивает:
— Как только раздался звон колокола, няня вытащила ее из детской, нарядила в парадное платье, велела быть вежливой и повела вниз.
Бедный ребенок испуган до полусмерти. Господи, Мария, разве ты не помнишь, какая суета поднималась перед приездом отца с матерью? Хуже, чем первое представление ко двору. Тебя тошнило от ужаса, а Анна целыми днями ходила в самом нарядном платьице. Когда мать приезжает, это всегда страшно. Дай ей успокоиться, тихонько пойди в детскую и посиди с ней.
Я кивнула, соглашаясь, и поудобнее устроилась в кресле.
— Как дела при дворе? — осведомилась старая дама. — Как мой сын? Как ваша матушка?
— Все хорошо. Отец ездил в Венецию, трудился вместе с Уолси на пользу союза. Мать при дворе королевы.
— Королева здорова?
Георг кивнул:
— Вполне, но в этом году с королем не едет. Ее влияние при дворе сильно уменьшилось.
Бабушка кивнула — старая история, женщина слишком медленно движется к смерти.
— А как король? Мария по-прежнему его фаворитка?
— То ли Мария, то ли Анна. У него слабость к сестрам Болейн.
Но пока он предпочитает Марию.
От проницательного взгляда старой дамы не укрыться.
— Ты хорошая девочка, — произносит она одобрительно. — Сколько времени ты здесь пробудешь?
— Только неделю, больше не отпустили.
— А ты? — поворачивается она к Георгу.
— Останусь на пару дней, — тянет он лениво. — Я и забыл, как хорош Гевер летом. Могу остаться, пока Марии не пора будет возвращаться ко двору.
— Имей в виду, я все время буду с детьми.
— В компании не нуждаюсь.
