Но какое утешение ложиться спать вместе с Анной! Как во Франции, в дни нашего детства, мы задергиваем полог и шепчемся в темноте без опасения, что нас подслушают. Иногда Георг украдкой оставляет королевские покои, чтобы навестить нас, забирается на высокую постель и, укрепив в шатком равновесии свечу в изголовье, достает колоду карт или кости и играет с нами, пока все остальные девушки спят в соседних комнатах, не подозревая — неподалеку прячется мужчина.
Брат и сестра не поучали меня. Согласно своему коварному плану, они ожидали, пока я сама не признаюсь — роль, которую мне предстоит сыграть, выше моего понимания.
"
"Я не сказала ни слова, когда мою одежду перенесли с одного конца дворца на другой, молчала, пока двор переезжал в Кент, в любимый замок короля Эльтам, не возражала, двигаясь в составе кортежа бок о бок с мужем, а он ласково говорил о погоде и хвалил мою лошадь, вернее — лошадь Джейн Паркер, одолженную мне с большой неохотой, только как дань семейным амбициям. Но когда мы остались наедине с Георгом и Анной в саду Эльтама, я заговорила решительно:
— Не смогу этого сделать!
— Чего именно? — резко спросил Георг.
Мы выгуливали собачку королевы, которую растрясло за целый день поездки на луке седла, и теперь она выглядела совсем больной.
— Ко мне, Фло! — ободряюще позвал брат. — Ищи, ищи!
— Я не могу быть с мужем и королем в одно и то же время! Как можно шутить и смеяться с королем, когда за нами муж наблюдает?
— Почему бы и нет?
Анна бросила мяч, он покатился по земле, но собачка вместо того, чтобы бросится вдогонку, без особого интереса проводила его глазами.
— Беги же! — воскликнула Анна. — Вот глупое создание!
— Я чувствую, что это неправильно.
— Ты знаешь лучше, чем твоя мать?
— Конечно нет!
— Лучше, чем отец? Чем дядя?
Я покачала головой.
— Они планируют для тебя великое будущее, — торжественно произнесла Анна. — Любая девушка в Англии жизнь отдаст за выпавшую тебе возможность, а ты жеманишься. Смеяться его шуткам она, видите ли, не может! Да у тебя мозгов меньше, чем у Фло.
Анна легонько поддела собачонку носком сапожка для верховой езды, подтолкнула ее в нужном направлении, но Фло уселась на дорожке, такая же упрямая и несчастная, как я.
— Полегче! — предостерег сестру Георг, нежно взяв меня под руку. — Все не так плохо. Уильям ехал рядом с тобой, чтобы тебя подбодрить, а не для того, чтобы ты чувствовала себя виноватой. Он знает, у короля особый путь. Мы все это знаем.
