Ещё один человек

Выяснилось, что все отменяется — бронегруппа, вроде, получила информацию, где могут быть бандиты, но пока точно не ясно, два бэтээра начнут поиск, и прикрывать грузовики поедет бэтээр отсюда. А на посту останется танчик, или как его называл майор, бэха, сам майор, башенный стрелок, и двое бойцов. Облом полный. На вопрос — до скольки? — майор ответил хмуро, что если поиск затянется, а скорее всего так оно и будет — то дотемна. То есть — не получается сегодня.

— Блять. Товарищ майор. Там дети. Болеют. Дети.

— Еб твою мать, умник! Я что, по-твоему, могу бросить все и рвануть туда? Мы сынок — в армии, пусть и говеной, пусть и в просраной стране.

— А это не должно иметь значения. В лагерях и пунктах приема беженцев сотни людей и детей голодают и болеют. И умирают. И дети тоже. И бронегруппа пошла в Окей за продуктами и прочим нужным. А в тех трех домах, что спалили бандиты — тоже были люди. И дети. Так что не надо тут. И не надо про «свои» — все это говно — майор сделал широкий жест рукой — все это — в большой мере именно от того, что СВОЕ шло вперед главного.

— Да? А только я, к примеру, да? А остальные нет. А я их, стало быть, лучше, потому мне можно, так? Или ты? Да? Так?

— Нет, не так, тарьщмайор…

— А раз не так — не пори хуйни и перестань наконец ебать мне мозги, щегол — майор отворачивается, он и так раздражен, и весьма расстроен, надо сказать. Такое впечатление, что он ОЧЕНЬ волнуется за тех людей.

— Тарьщмайор, а можно еще секундочку?

— А там, в НИИ, ну или еще где… ну… короче, где выжившие…

— Конечно есть, слава Богу. А что?

А вот — это им. Только в тепле держите — я вытаскиваю из кабины сумку с аквариумом, расстегиваю, показываю.

Мгновенно сбегаются все — хоть глазком глянуть. Дав пару секунд глянуть, майор рычит, и все снова разбегаются по делам. Обещает обязательно передать прямо сегодня.

Уже скатившись с моста — внезапно для себя принимаю решение…

Плюнул я на все, и как и был, благо подготовился к поездке — рванул прямиком на Тореза. Может, майор и прав. Может. Даже, скорее всего — прав. Наверняка. Да, у них приказ. Они не свободны. Но я-то свободен! Вот значит, я и займусь этим делом.

Подъехал, еще осмотрелся… м-мать! Точно, вспомнил, у меня же одноклассник в однотипном доме жил.