Ещё один человек

Устало тащусь к окну. Тупо пялюсь на изгиб проспекта Луначарского… Охуеть.

Взгляд зацепляется за стоящий у въезда Форд. В нем так же сидит джигит. Сидит абсолютно неподвижно. Опаньки…

В комнате кто-то начинает идиотски хихикать. Ага, кто это? Да это же я. Дошло с кем я ехал. И как мне повезло. Тупо ржу.

Надо обзвонить кого знаю. И кого надо.

А кого надо? У меня двести номеров в телефоне. Всех обзванивать? А нафига они мне все нужны? А кто нужен?

Сначала — отец. Он вообще-то может реально помочь.

И подскажет и вообще. (Внутри что-то опять шевельнулось. Вспомнилось слово, ассоциирующееся только с детством. Совесть.) Чуш какая — совесть — это для лохов. «Ай, мне стыдно, что я не позвонил папочке! Ай, ай!» Ага, щаз.

Телефон отца не отвечал. Он не был выключен. Он давал гудки, но не отвечал.

Набираю снова и снова.

Телефон отец носил всегда на поясе, с гарнитурой. Днем всегда при себе.

Если он на колесах — то нечего боятся, водит он больше чем мне лет.

И машина хорошая, паркетничек японский. Но вот ходит он плохо. А если ДТП? Он ведь выйдет. И остановится помочь. После пяти минут бесплодных вызовов опускаю голову на руки. Вспоминаю что в последний раз когда видел отца то как всегда поругался и даже не попрощался по-человечески.

Бля, вот ведь… Не, ну чо — все естественно — первые гибнут дети и старики, да? Я же не старик. А вот он уже пенсионер, ну какбэ — тово, нежизнеспособен. Епстепственный отбор, ога. Все хилые и слабые сдохнут, а сильные и умелые типа меня — выживут.

(а внутри что то холодное хватает за сердце. Я перед кем оправдываюсь-то? Перед собой? А не поздно оправдываться-то?)

Да хуйли оправдываться! Че ваще за тупня — я просто конкретно выживаю! Я чисто как БрюсВиллис, нах. И ваще ща пойду рвать всех упырей! Я охуенно крут!

Дальше. Светка с Грихой. Звоню. Не отвечает — «вне зоны действия сети». Так, ну мало ли…

Сестра. Гудки. Не берет. Где она могла быть? На работе, в центре.

Бля… Она всегда отвечает хотя бы сбросив звонок — мол, перезвони. Еще и еще раз. Не берет трубку.

Кто еще? Светкины старики — теща бывшая, тесть, и дед с бабкой. Они все врачи — это да, полезно. Звоню им на городской — может, дома все?

Трубку берет бабка. С ней надо повежливей — дворянская кровь, коренная петербурженка и все такое. Да и вообще…

— Тамара Сергеевна, добрый день…

— Не так чтобы добрый, но здравствуй, Леша.