Ещё один человек

Рация работает громко, радостную новость слышат все. Е-мое, ну чисто Голливуд!

Надо следить за своими мыслями и словами. А то, похоже, они материализуются. Очередной голливудский штамп спрыгнул на нас с какого-то дерева, или со столба — я так и не понял. Но визг из бункера слышали наверное даже в космосе. А хищник стал пытаться вскрыть бункер, или дотянуться до кого-то — но лапа не пролезала. Потом, он начал драть обшивку кабины… сука, я еще от того-то не починил! Я мотал машину, тормозил и дергал с места — пытался сбросить — все без толку.

А он тем временем залез снова на бункер, и я уcлышал встревоженный голос женщины-стрелка

— Он решетку раздвигает!

— От блять какая! Ну что ты скажешь… Сергей Федорыч, водить умеете?

— Тогда берите руль… пошел. И на пост по радио скажите.

По проходу карабкаюсь в бункер… и вылезая крепко получаю по каске. Когтистой лапой. Это тварь раздвинула решетку, и теперь смогла просунуть лапу внутрь. Все спасенные сгрудились в дальнем конце, вне досягаемости лапы. И я, поднырнув, к ним присоединился.

Хищник вытянул лапу… посмотрел эдак внимательно на раздвинутую решетку… и взялся лапами за прутья — совсем как это сделал бы силач-человек. Ну уж хуюшки. Вытянул руку с обрезом и выстрелил. Попал в голову, но не убил — его лишь мотнуло, потом он сам отскочил на кабину. Так мне не попасть… Ну, зато если высунется — грохну! И вскоре высовывается — и получает еще пулю. И снова исчезает — не убил! Но осторожничает, понимает, гад — не все время будет везти! Эх, надо, надо нормальное оружие! Ну, давай же, покажись! Ну!

Внезапно раздается треск, какой-то гул-шелест, что-то вылетает из-за кабины… и все кончается.

— Эту тварь с поста из пушки сняли — отвечает Сергей Федорович. — Приехали, считай.

…На блок-посту кроме одинокого танчика, за горбом моста, стоит микроавтобус и две легковухи, а прямо за танком — Нива-пикап, вся такая внедорожная. И решетками обваренная. И людей много новых. Встреча проходит бурно. Радуются, обнимаются. На лице щуплого паренька в сером камуфляже непередаваемое выражение — он держит на руках обеих малышек, прижимает их к себе, улыбается и плачет одновременно.

Женщина-стрелок стоит в сторонке, приобняв сына за плечи, смущенно улыбаясь, смотрит на остальных, за ней никто не приехал, но так видно что все они знакомые. А вот майор… майор, украдкой, пока никто не видит, смотрит на нее. И как смотрит. Да… ну, понятно, чего он так психовал. А вот и она посмотрела на него… И все — больше ни единого взгляда, ни слова.