Ещё один человек

Роберт негромко позвал:

— Эй! Бретер! Ком ту мир, камрад! Лус, лус! Шнапс, фройляйн, млеко-яйки и швайнина! Паррртизанен пуфф, пуфф! Кооом!

Фигура на баркасе не двинулась.

— Бретер! Уходи с баркаса! Родина, мать, зовет! До-мой, до-мой! — и снова нулевая реакция.

— А почему он — Бретер? — тихонько спросила Даша

— А хер его знает…. Так назвался. А у нас я же говорю — сами имя выбирают. Раньше только среди своих — а теперь и вообще. Но этот и впрямь бретер хуев, если не укуреный — чуть что и в драку. Правда, и зомбаков он реально крошил, нарвались как-то — так отоварил, пока наши орали-ссались-бегали, он всех их, мертвяков-то и укокошил в одиночку всяким дубьем… Так что лучше позвать, идти и трогать не стоит — тут не глубоко, но вода холодная… Э-эээй! Хады судааа!.

. Цоб-цобэ!

Лишь после пятого-шестого увещевания застывшая фигура плавно повернулась, и начала двигаться… сначала широко раскинув руки, полетела взмахами, как орел, затем стала изящно фехтовать, а далее стала, похоже, танцевать не то вальс, не то танго с невидимым партнером.

Вот, все так же танцуя, взошла на сходни… Даша даже охнула — идущий к ним подхватил невидимую партнершу и закружил вокруг себя… стоя посередине неширокой доски… Потом партнерша была не то отправлена в полет, не то выброшена в воду, а точнее куда-то об борт баркаса, и Бретер, как звал его Роберт, словно проследив полет и касание выброшенного тела, удовлетворенно кивнул, и ступил на земную твердь. Светловолосый мужчина средних лет, с аккуратными усами и чистыми серыми глазами, в полувоенной одежде, вроде и вполне обычный-нормальный… эк его ж накрывает, подумала Даша.

— Бретер, посмотришь? Это по твоей части — спросил Роберт, и повернувшись к Даше сказал — давай ему пистолет, пусть глянет. Он в армии служил, а остальные, и я, в том числе, в оружии ноль полный… пацифисты гребанные.

Даша, выщелкнув магазин и выбросив на стол патрон из ствола, протянула Бретеру «Макаров». Рука лениво потянулась за ним, а потом в полминуты Макаров порхал над столом, рассыпаясь на запчасти и собираясь вновь, щелкая и лязгая.

Завершив это действо, Бретер выразил нечто, означающее, что пистолет технически исправен. И даже он тут ничего более не способен сделать.

— Не, тут не чинить. Тут это… Справишься с таким? Если стрелять? — спросил его Роберт

— Слышь. Это. Тут еще чего. Хочет вот девушка сменять — пистоль и машину, грузовик — вон стоит, видишь? — на твой. Как, махнешь? Патронов я потом у ментов выменяю… Маринка поможет.