Ещё один человек

— Сава, атькрывай! Мидвед пришОл!

Дверь медленно стала приоткрываться, а я чуть отошел за стойку, держа дверь на прицеле и подсвечивая фонариком. На пороге появился мужчина, средних лет, эдакого… южного вида. Даже в свете фонаря показалось, что он загорелый какой-то. Волосы короткие, вьющиеся, под носом тоненькие усы… и в какой-то странной военной форме, поверх которой накинут вполне отечественного вида ватник. Как из какого кино, что ли. Не наш человек. И словно подтверждая догадки, он произнес с акцентом:

— Диен добри! — и сделал приветственный жест.

— Дык… Добрый. Дую спик инглиш? — сдуру спросил я

— О, йес! — обрадовался тот.

— Херово… ибо я нот спик инглиш, совсем ваще.

— О, ноу проблем! Я говорью руски мало есть! Я понимаю руски!

— Уф… а ты кто? — Это… вот йо нейм, ага?

— Алехандро. Алехандро Буендоз. Колоннел арме Еджипт. Я ехаль в поестка… и тут… Это есть полный пестец… мой руски камрат есть дэд, я сдесь … как есть… ховайсо? Прятай?

— А, понял. Ну, это. Чо.

Надо сматываться. Ну… это… гоу хоум вери квик, ферштейн? А то тут ахтунг.

— О, йа! Ахтунг, йес, нид сейбывайт, так?

— Так… — русский он, похоже, учил правильно — именно съебывайть. И побыстрому съебывать. Только вот один момент еще…

В кухоньке ничего особо ценного не оказалось — собрали пару коробок жранья, в основном сухое-шоколад-всякий силос типа орешков-чипсов. И минералка. На этом колоннел Алехандро и жил тут — в процессе сбора ништяка, он, очевидно от возбуждения и вообще истосковавшись по общению, а может и просто такой человек, рассказывал мне свои приключения на вполне понятном русском языке.

Они с его русским товарищем ехали, уже когда началось, думали выбраться из города, тут недалеко попали в серьезное ДТП, потом оказались тут, думали немного отсидется, но тот стало совсем плохо. Его товарища покусали, тот умер, а потом, естественно, обратился, да и не он один — уже было в самом разгаре. Полковник кое-как отбился, заперся тут на кухоньке, и отсиживался. Сначала он, по цивилизованной привычке, пытался вызвать «эмерженси», потом ждал, пока власти начнут наводить порядок. А потом стало поздно. Потом попробовал пробиться, но не вышло, даже стало хуже — он застрелил из какой-то могучей рогатки, историю обретения которой я так и не понял, нескольких мертвяков, бывших в зале (где, как выяснилось, проходила гей-вечеринка). На застреленных отожрались остальные — и стало совсем нереально выбраться.