«Если», 2009 № 04

— А что — не знаешь?

— Перемена, — ответил Мёрфи. — Мост между мирами.

— Вроде как две лодки столкнутся в тумане, — негромко сказал Натан. — Стучат борт в борт, и милости просим, шагай с одной на другую.

Мёрфи моргнул, но не издал ни звука.

— А лодки эти — одна, что же, потонет?

— Не знаю, Натан.

— Не много ты знаешь, котофей, а туда же — волшебный…

Чисто «Рождественская песнь», подумал Натан. Сперва Джошуа, затем кот… на этом аналогия рассыпалась. Натану Раулону сравнялось восемьдесят восемь.

Жить ему оставалось всего ничего, и добра окружающим он успел бы сделать не больше (если успел бы), меняйся не меняйся. Да и мог ли он повлиять на грядущее? Даже все зная?

Натан сидел не шевелясь. Было заполночь. Мёрфи дремал у него на коленях. Ночные звуки вытеснила тишина. А потом Натан расслышал тихий шорох гравия. По дорожке к ним кто-то шел.

— Гости, — бормотнул Мёрфи, открывая один глаз.

— Цыц.

Лужица жидкого света выплескивалась с крыльца на обочину дороги.

На границе освещенного участка идущий остановился. Видны были только ноги, и то еле-еле.

— Кто тут? — спросил Натан, стараясь говорить спокойно и ровно. Он почувствовал, как подобрался Мёрфи, и ободряюще коснулся кошачьего загривка.

— Меня зовут Хории Садо, — ответил мужчина с едва уловимым акцентом. — Вы позволите подойти поближе?

Натан смолчал. Тем не менее Хории Садо сделал шаг вперед. Он был молод, в поношенной военной форме защитного цвета, болтавшейся на тощих плечах.

У Натана чуть не остановилось сердце. Этого человека он видел во сне каждую ночь с той минуты в небе над Соломоновыми островами, когда своими пулями сразил его, юного стрелка с бомбардировщика-торпедоносца.

— Так не бывает, — запинаясь выдавил Натан.

— Говорящих котов тоже, — мягко возразил Мёрфи. Натан вдруг осерчал.

— Чего приперся? — воинственно спросил он. — И чего вырядился?

Садо улыбнулся.

— Хотел, чтобы вы меня узнали. И поняли, что я настроен серьезно.

— Серьезно? Порешить меня явился? Садо рассмеялся.

— К чему трудиться? Вас отделяет от смерти несколько недель, а то и дней. Грядут иные времена. Последние. Смена хозяина. Вот я и спохватился.

Глаза Мёрфи превратились в узенькие щелки, и он грозно заворчал. Натан потрепал его по спине — ну, ну! — и кот затих. Пользуясь вмешательством кота, чтобы собраться с мыслями, Натан разглядывал юношу (тот стоял у подъездной дороги и смотрел на него).