Я с детства занимался единоборствами, телосложение было развитым, да и работа особых хлопот не доставляла."
"Мать присылала какие-то деньги, но в масштабах большого города это были уже копейки, поэтому крутился как мог.
И все шло вполне сносно до тех пор, пока хозяин клуба не сцепился с каким-то важным человеком и наше заведение в одну зимнюю ночь не накрыли бойцы спецподразделения.
Сутки в изоляторе, расквашенная физиономия, угроза исключения из вуза и проблемы с серьезными людьми.
Я уже был близок к тому, чтобы поставить на себе крест, но судьба внезапно изменила планы и подкинула мне джекпот.
Тогда я и столкнулся нос к носу с тем, кого уже не надеялся увидеть. С человеком, который оказался моим родным отцом.
Воссоединения семьи не произошло. Мать билась в истерике, призывая меня прекратить всякое общение с нашедшимся родителем, он же рассказывал совсем другую историю, выставляя бывшую супругу в невыгодном цвете. Подкрепляя свои слова определенными фактами и все больше склоняя на свою сторону.
Это сейчас я понимаю, что не нужно мне было вникать в их семейные разборки и принимать чью-то сторону. Они оба мне родные. И оба были дороги.
Но тогда взыграл юношеский максимализм, детские мечты иметь настоящего папу, которым можно гордиться, и в один прекрасный день моя ссора с матерью стала последней.
Меня будто прорвало. Я орал в трубку до срыва голосовых связок, обвинял ее в том, что она лишила меня нормального детства, возможности иметь полноценную семью, общения с отцом.
Я предъявил ей даже то, к чему она, по сути, и отношения не имела.
А после оборвал все контакты, сменил номер телефона и перестал выходить на связь.
У меня началась другая жизнь, полная взлетов и падений, цинизма и разочарований.
Мир сурового бизнеса.
Я окунулся с головой в учебу, параллельно работая в компании отца. Стараясь выкладываться на максимум. Заслуживая уважение, доверие, нарабатывая опыт.
Тогда это казалось важным. Показать, что я чего-то стою, что я сын своего отца.
Я поправил венок, отошел назад и присел на скамейку. В последний раз я видел мать около восемнадцати лет назад, за пару месяцев до нашей ссоры.
Уже тогда нервничая и предъявляя кучу претензий.
Она умоляла выслушать, просила понять ее.
Простить…
Но я ушел.
Хлопнул дверью, не оглядываясь, и поставил жирный крест на нашем общении.
