Если бы меня спросили снова

Какими бы трудными они ни были, выстраданными, мучительными, беспощадными к самому себе, даже самоубийственным — не меняет.

— Давно они женаты? — с трудом сделала вдох Ирка.

— Их расписали сразу, как Петя пошёл на поправку, — кивнула Лиза и тут же поспешно добавила. — Но это я настояла.

Словно пыталась его защитить, оправдать в Иркиных глазах, вымолить прощение за него.

Как мать, которой у него с двенадцати лет не было.

Как человек, для которого Петька — семья, своё, хрупкое, болючее, родное.

Как женщина, которая видела, через какие муки ему пришлось пройти, и старалась оградить от новых, что принесёт ему Ирка.

Это было так странно, что Петьку кто-то защищает от неё, что даже немного страшно.

— Не хочется об этом говорить, — снова взялась за сигареты Лиза, но покрутила пачку и отложила, — да и не принято как-то считать деньги, когда человеку нужна помощь. Просто чтобы ты понимала. Бесплатная медицина в Испании только для испанцев, как, впрочем, и везде. И мы, конечно, не бедствуем, Альваро хорошо получает, я работаю, София ведущий специалист в международной компании, дом вот новый собрались покупать, этот для нас стал мал, семья растёт, сад хочется большой, настоящий… — она вздохнула.

— Но счета за лечение были просто неподъёмными даже для нас. Если бы Петя женился, мы смогли бы его прописать, он бы получил карту социального страхования. Это был выход.

— Я понимаю, — достала сигарету Ирка. — Я, кстати, получила компенсацию, я могу…

— Нет, нет, нет, — замахала руками Лиза. — Я совсем не для того тебе всё это говорю.

Просто чтобы ты понимала, — повторила она, — что это было вынужденное решение. Это, конечно, было нечестно по отношению к Пете, но ему нужна была операция на голосовые связки, — она горестно вздохнула, — поэтому я настояла, чтобы они расписались. Вот хочешь обижайся, хочешь нет, — развела она в сторону руки, словно большая птица, охраняющая своё гнездо.

Могла ли Ирка его разорить, их гнездо?

Могла ли забрать у них Петьку?

Наверное, могла. Если бы хоть капельку любила его меньше.

— Он скорее остался бы немым, — уверенно возразила Ирка, щёлкнула зажигалкой, прикурила, — но вы не смогли бы заставить его сделать то, чего он не хочет. Может, он и повторял моё имя в бреду, но он здесь потому, что выбрал не меня. Он встретил Софию и всё для него изменилось. Он принял решение.

Да, под гнётом обстоятельств, добавила она про себя, выдохнув дым. Да, от безысходности — вернуть долг ему было нечем (и это даже не о деньгах).