Если бы меня спросили

— А бегающий с мечом мужик — типа оригинальная идея, и нигде такого нет, только у нас, — хмыкал Воскресенский. Он хотел пуститься в пространные объяснения, почему она им нужна, но не стал. — Просто доверься моей интуиции, — ответил он и повесил трубку.

Интуиция же тихо нашёптывала Вадиму, что он намеренно затягивает оформление бумаг и радуется каждой вынужденной задержке, потому что не знает, как жить без своей ведьмы.

Но уехать всё равно придётся — на лето запланирован запуск тестовой версии, и Вадим должен находиться в офисе, чтобы не слить в унитаз уже вложенные в проект двадцать миллионов долларов и свою карьеру заодно.

А ещё давило, что наладить отношения с отцом, ему так и не удалось. Стало только хуже.

— Ну что всё, теперь это твой дом? Бумаги подписаны? — вошла в кухню жена отца, Ольга тварь Александровна, и на ходу запахивая халат, накинутый на голое тело, направилась к кофемашине.

Отца не смущало, что она вставала к обеду, весь день ходила не чёсанная в носках и халате, сидела перед телевизором с заказанной пиццей, ролами или китайской едой, тоннами скупала на маркетплейсах всякий хлам, коробки с которыми порой так и стояли не распакованными, а курьеры приезжали к ним каждый день как на работу.

Да наверное, и не должно было, ведь это видел только Вадим. К приезду отца его жена принимала ванну и парикмахер-визажист, что тоже приезжала к назначенному времени каждый день, приводила её к вечеру в божеский вид.

Вечером они с отцом ездили «дышать свежим воздухом», как они называли свои ежевечерние прогулки, как и положено беременной женщине.

Вадим сходил с ними пару раз ещё до того, как разбил машину, а потом плюнул.

Ещё он слышал, как она рассказывала отцу про йогу, где потянула мышцу, про боль в пояснице и визит к гинекологу, который пришлось перенести, потому что у неё не было машины, а его администратор отказалась прислать за ней служебную.

— Ты же знаешь, как я отношусь к такси, — тоном профессиональной лгуньи возмущалась она. — Ещё не хватало заразу какую-нибудь подхватить. Его кто только не водит. Там кто только не ездит.

Нет, тварь не боялась, что Вадим её сдаст. Ведь, даже если он расскажет отцу про её диванные посиделки, тот ему или не поверит, или что вернее, оправдает любую её выходку гормонами, а сына обвинит в предвзятости.