Если бы только

Гален вколачивался в неё в сильном и быстром темпе, пока не издал гортанный звук, и она почувствовала, как его член дёргается, изливаясь внутри.

И затем Вэнс толкнулся наружу. Он дёрнул её назад на свой ствол, посылая в неё новые волны наслаждения. Внутрь и наружу, безжалостно погружаясь толстым членом. Одной рукой он всё ещё держал её за талию, но когда он кончил, зарычав ей в ухо, то ущипнул за клитор. Жёстко.

Салли закричала, её тело сжалось вокруг невыносимого вторжения. Она взорвалась очередным оргазмом, заплакав, пока тряслась от его силы, не способная сбежать от ограничений, рук, членов.

В какой-то момент времени она открыла глаза и заморгала, пока рев, звенящий в ушах, стихал. Её голова опустилась, руки дрожали. Кто-то, точнее она, задыхался от тяжелого воздуха, пытаясь втянуть его, словно напитанный влажностью он был настоящим нектаром.

Спустя еще одну минуту она поняла, что Гален гладит её по волосам, что-то нашептывая, его голос был более нежным, чем она когда-либо слышала.

— Хорошая зверушка, милая Салли. Спасибо, что разделила это с нами.

Ее тело ощущалось восхитительно пресыщенным, но его слова наполняли ее изнутри, достигнув больших глубин, словно она испытывала в этом жажду и не осознавала этого.

Вэнс поглаживал рукой вверх и вниз по её спине, другой рукой он обнимал Салли за талию.

— Хорошая, хорошая девочка, — бормотал он. — Храбрая девочка.

Оба ласкали её. Оба сосредоточены на ней.

Вэнс медленно вышел, едва слышно засмеявшись, когда её тело задрожало.

Используя огромную силу воли, она заставила себя приподнять голову и посмотреть на Галена.

— Он… он уходит? Он разозлился?

— Даже близко нет, Салли.

Гален обхватил её затылок, опуская голову к своему плечу. Его рубашка была расстёгнута, и её груди прижимались к его стальным мышцам. Его член медленно опадал внутри неё, но они всё ещё были соединены самым интимным, чудесным образом.

— Поскольку мы оба наслаждаемся, когда обнимаем тебя, мы заняли очередь. Он был с тобой наверху.

— Раз уж ты пришла в себя в достаточной мере, чтобы задавать вопросы, то можешь меня поцеловать.

Она приподняла голову, чтобы посмотреть вверх. Его чёрные глаза были довольными… и нежными. Больше не пылали, как костры, но были достаточно тёплыми, чтобы согреть холодную пустоту внутри неё.