Если бы только

Она сидела на широких ступенях, прислонившись к перилам, и смотрела на звёзды. Она слабо улыбнулась им с Вэнсом.

— Извините, что оставила вас. Я вроде как хотела, чтобы за мной было последнее слово.

— Это сработало, — ответил Вэнс, подарив ей короткий поцелуй.

Опираясь на перила, Гален сел на ступеньку выше за Салли. Разведя ноги, он притянул её ближе, чтобы она могла откинуться на него спиной.

— Ты замерзла, — сказал он. И, скорее всего, схлынул адреналин.

Прежде чем она смогла ответить, Вэнс опустился на ступеньку ниже неё.

Прислонившись к перилам, он вытянул ноги вдоль ступени, чтобы её бёдра легли поверх его. Обхватив руками её колени, он улыбнулся.

— Просто считай нас переносными обогревателями.

— Эх, парни, — она вздохнула и сжала руку Вэнса на своём колене.

Где-то вдалеке заухала сова. Кукуруза шелестела на ветру, приносящим с собой аромат свежескошенной травы. Очень спокойное место. Когда Салли прислонилась к нему головой, Гален почувствовал, как суматоха вечера уходит, сменяясь удовлетворением.

Его напарник и его женщина рядом. Оба в безопасности.

Он крепко обнял Салли. Позже они обсудят то, что случилось, и немного покопаются в том, что сегодня раскрыла их саба, но прямо сейчас ей нужен перерыв. И то, что она принимала от него утешение и по-настоящему простила его, было большим, чем он ожидал… и именно тем, в чём он нуждался.

Когда Салли окружила мужская забота, ужасная дрожь, охватившая все ее внутренности, начала затихать. Они молчали, позволяя ей оправиться самой.

Тихая сельская местность всегда успокаивала, особенно когда она пряталась, взобравшись на большой клен позади дома.

Боже, она любила ту крошечную площадку. Оглядываясь назад, казалось удивительным, что может сделать двенадцатилетний ребёнок. Сколько ссадин она получила, пытаясь карабкаться по ветвям? Как много раз она вылезала через окна спальни, ставшей тюрьмой, на крышу над крыльцом и спускалась вниз по решетке? Интересно, площадка ещё там?

Строя своё маленькое убежище, она никогда не думала о будущем… например, что листья исчезнут с осенним ветром, оставляя её «домик» на дереве полностью открытым.

Отец точно бы заметил. Но он был доволен, думая, что его построил Тейт.

Брат никогда не выдавал её тайны. Странно, что затем поведение Тейта заставило ее забыть, как много доброты было с его стороны.

Через несколько минут дверь со стеклянным окошком открылась. На крыльцо вышел Тейт и кивнул мужчинам.