Если ты осмелишься

— Вы двое, казалось, действительно наслаждались обществом друг друга, пока я не появился.

Вайолет озадаченно хмурит брови, пока до нее не доходит.

— О боже, Уэс, нет. Он просто друг. Честно говоря, на самом деле он даже не друг. Мы иногда разговариваем в классе. Вот и все.

— Пять секунд назад ты прыгала на моем члене, а теперь сверкаешь этому мудаку своими трахающими меня глазами.

— У меня взгляд типа "трахни меня"? Приятно это знать. Мне придется чаще использовать его на тебе.

Несмотря на гнев, все еще бурлящий в моих венах, мой член подергивается.

— Это, блядь, не шутка. Я не делюсь. Помнишь?

Она сокращает расстояние между нами, кладет руку мне на плечо и мурлычет:

— Я этого не хочу. Я вся твоя. Я не такая, как твоя бывшая. Ты можешь доверять мне. Я знаю, что уже причинила тебе достаточно боли, поверь мне. Я бы никогда больше не сделала ничего, что могло бы причинить тебе боль.

Я беру ее за руку и веду в спортивный центр. Она не утруждает себя вопросом, куда я ее веду — она и так знает.

Когда я открываю дверь в раздевалку, я запираю ее за нами и с металлическим грохотом прижимаю ее к шкафчикам.

Она ахает, и я хватаю ее за бедро, поднимая ногу. Но она отталкивает меня, опускаясь передо мной на колени. Мои яйца сжимаются, когда она медленно расстегивает мою ширинку.

Мой член высвобождается, и она судорожно сглатывает.

— Пососи меня, детка.

Она обхватывает рукой мой член, поглаживая его так, как, она знает, мне нравится.

Вайолет обводит языком мой чувствительный кончик, заставляя меня рычать.

— Глубже, — приказываю я.

Она заглатывает мой твердый член, пытаясь взять каждый дюйм. Я шиплю, когда она медленно приподнимается, проводя языком по нижней стороне моего члена и пульсирующей там толстой вене.

Когда она это делает, я разворачиваю ее. Она упирается ладонями в шкафчики, и я поворачиваю ее лицо, приоткрывая рот. Я просовываю два пальца внутрь.

Она делает, как я говорю, и когда мои пальцы смазываются, я опускаю их между ее ног. Провожу ими по ее набухшему клитору, прежде чем проникнуть в ее сладкую киску.

Вайолет ахает. Я продолжаю вводить в нее пальцы, медленно и сильно, тыльной стороной ладони вдавливая ее в клитор. Она содрогается от удовольствия.

— Это так приятно, — стонет она в шкафчики.

— Умоляй. — Мое дыхание ласкает ее ухо. — Если ты осмелишься.

Теперь ее бедра дрожат.