Если ты осмелишься

Полностью белая маска с множеством отверстий от булавочных проколов у рта.

Кто угодно, только не Уэс.

Часть меня хочет сорваться на бег. Но я никак не смогу обогнать Уэса Новака. Он хоккеист в лучшей форме в своей жизни. Он практически бежит по льду — он мог бы сократить расстояние между нами за считанные секунды.

Может быть, кто-нибудь заметит нас — робкую девушку, спешащую по тротуару, и подозрительного мужчину в маске, следующего за ней, — и вмешается.

Все, что мне нужно сделать, это добраться до своего общежития.

Никто не может попасть туда без студенческого билета, зарегистрированного в этом здании. Уэс все равно ничего не сможет мне сделать, когда я окажусь внутри. За исключением лестничных клеток, камеры отслеживают наши передвижения в каждом углу. Если он причинит мне боль, у меня будут доказательства.

Не то чтобы они смогли его опознать.

Мое сердце бешено колотится, когда я наконец добираюсь до двери, но мне становится немного легче дышать, когда я провожу карточкой и автоматическая дверь распахивается.

Я почти у цели. Почти вдали от него…

Ноги несутся ко мне с такой скоростью, что у меня нет времени пошевелиться. Все, что я могу сделать, это зажмуриться и собраться с силами.

Шаги доносятся до меня легким ветерком. Когда я открываю глаза, в дверь входит Уэс.

Я впустила его прямо внутрь.

Администратор за стойкой регистрации поднимает взгляд, когда мы входим, и веселая ухмылка растягивает ее губы.

— Немного рановато для Хэллоуина.

Уэс отмахивается от ее комментария, и она опускает глаза обратно к своему компьютеру.

Конечно. Студенты в кампусе носили и более странные вещи. Он не полосатый, так почему ее это должно волновать? Насколько она понимает, он, вероятно, собирается удивить свою девушку своей маской.

Кроме того, он Уэс Новак. Капитан хоккейной команды может одеваться как захочет.

Делает все, что захочет.

Я бросаюсь к лифту, надеясь, что он направится в общежитие к другу и забудет обо мне. Но когда я переступаю порог лифта, он следует за мной внутрь.

Мои легкие сжимаются.

Я ожидаю, что он повернется спиной к дверям, преградит мне выход, но он нажимает кнопку следующего этажа и встает прямо рядом со мной. Его надвигающееся присутствие заставляет меня сглотнуть, аромат его кедрового одеколона окутывает меня любовной лаской, которая пробирает меня до костей.

Мы смотрим на отражения друг друга в блестящих дверях лифта, его грозные голубые глаза смотрят сквозь отверстия в маске и прикованы к моему лицу. Я таю на месте.