Онлайн-библиотека книг
Он по видеосвязи, наверное, разговаривал — я слышала ещё женский голос. Противный такой, жуть. Манерный.
— Ну… — Я не знала, что сказать. — Наверное, это заказчица…
— Не знаю, — Аришка поджала губы. — Папа с заказчицами в ресторане не встречается. Он мне сам говорил. А если встречается, то не в одиночестве, а в компании с коллегами.
— Может, там кто-то ещё будет.
— Не знаю, — повторила Аришка, и я услышала в её голосе тревогу. — Но давай посмотрим?
— Посмотрим? — глупо повторила я, не понимая, о чём она.
— Я гуглила: в этом ресторане стеклянные стены. Ну, которые наружу выходят. Сидишь как в аквариуме. Даже заходить туда не придётся! Давай их подкараулим, а, мам?
— Ариш… — Я пыталась быть разумным и взрослым человеком. — Что это даст? Подумай. Ничего ведь не…
— Это даст очень многое! — возразила мне моя маленькая, но решительная дочь. — Мне эта тётенька уже по голосу не понравилась. И если у папы с ней шуры-муры, я сразу скажу, что против!
— Ариш…
— Ну мам! Пожалуйста! Просто посмотрим — и уйдём.
Скалодромы были Аришкиной страстной любовью — и я сдалась.
Хотя, наверное, не стоило соглашаться. Я ведь понимала, что мне в любом случае будет больно.
64
Лида
Слово «больно» подходило, но недостаточно.
Когда мы с Аришкой, приехав к назначенному времени к ресторану «Аббат», стояли на противоположном конце улицы и наблюдали за Вадимом и какой-то женщиной, что сидели за столиком и мирно беседовали, я… умирала.
Это была не боль, да. Просто смерть."
"Мне казалось, что я растворяюсь в вечности. В этом вечере, морозном и свежем, в ледяном воздухе декабря, в синем бархате неба. И нет меня больше, нет. Всё остальное — есть, а меня — нет.
Только отчаяние, бесконечное отчаяние сжимало сердце, которое продолжало биться — вопреки всему…
— Мам! Мам! — зашипели рядом, дёргая меня за рукав куртки. — Очнись! Ма-а-ам!
Я опустила взгляд.
Аришка, бледная и насупленная, смотрела на меня с тревогой.
— Пойдём, — она сильнее ухватила меня за рукав и потянула в сторону. — Пойдём отсюда скорее!
Я молча последовала за дочкой, а Арина продолжала говорить — серьёзно и решительно, совсем как взрослая:
— Мам, эта женщина папе совсем не нравится! Совсем-совсем! Даже наоборот, ему хочется поскорее от неё отделаться. Это же видно!
— Да, — пробормотала я слабым голосом, ощущая, что дышать стало немного легче.
