Если ты простишь (СИ)

Да и интернета в те годы не было…

Я мучилась пару дней, пересматривая кучу различных сайтов по торговле антиквариатом, но ничего там не нашла. Совсем ничего. Тогда я вспомнила, что бабушка и мама Вадима продавали свои картины не просто так, они оформляли договоры. Я когда-то видела эти документы у мужа, кажется, в сейфе, но не была уверена, что с тех пор он их не выбросил. По идее, такие бумажки были абсолютно бесполезны, если не планируешь разыскивать всех этих людей, чего Вадим делать не собирался.

— Надо оценивать вещи реально, — так он мне когда-то сказал.

— Прошло больше тридцати лет, не факт, что хоть кто-то из покупателей остался в живых. Это огромный труд, даже титанический. Я купил по одной картине — одна мамина, другая бабушкина, — и хватит. В конце концов, это участь любого художника — в дальнейшем его творения не висят в одном доме, а находятся в разных концах света.

Я осознавала, что Вадим прав. Более того — у него было больше шансов найти эти картины, чем у меня, хотя бы потому что он наверняка представлял, что нужно делать, раз смог купить две из них.

Я же… билась как снежинка об стекло. И дальше не пробиться, и преграды не видно.

Я даже хотела попросить Аришку об одной авантюре — я ведь знала пароль от сейфа, значит, теоретически могла, когда Вадима не будет дома, залезть туда, сфотографировать документы, а потом попытаться найти этих людей или их наследников. Сомнительно, что у меня получится, я же не сотрудник полиции. Но я временно отказалась от этой идеи — не хотела до такой степени вмешивать дочь.

В конце концов я неожиданно вспомнила о том пожилом мужчине, в компании с которым находились Воронцов и Перевалов на благотворительном вечере. Он говорил мне, что зарабатывает в том числе на торговле антиквариатом. Вдруг он сможет помочь?

Я еле нашла у себя визитку, которую он дал мне в тот вечер. И, набравшись храбрости, позвонила.

Его звали Михаил Максимович Немов. Он меня помнил и на удивление легко согласился на встречу, которую зачем-то назначил не в своём офисе, а тем же вечером в ресторане.

Я в этот день никуда не собиралась, поэтому сразу после работы, не прихорашиваясь после тяжёлого дня, отправилась на встречу — как была, в тёмно-синем костюме, светло-бежевой блузке и с высоким хвостом, чтобы волосы не лезли в глаза. Из косметики на мне были только тушь и чуть блеска на губах, но и этого хватило, чтобы Немов смерил меня с головы до ног заинтересованным взглядом, как только я явилась в ресторан.