На руку чеченским разведчикам был даже ночной воздух, пропитанный дымом, — то местные жители жгли накануне прошлогоднюю траву, наводя порядок во дворах и палисадниках; освобождались от сорняка и соломы поля. Порой дым от таких костров простирается на многие десятки километров."
"Вслед за разведгруппой вперед выдвинулись пять человек: Шамиль Гуляев, Султан Зурабов, Хамзат Тенишев, Василий Червиченко и сам командир отряда. А когда Руслана Беноева сменил Казбек Халидов и пятерка террористов, доукомплектованная Русланом, продвинулась по разведанному маршруту еще на полкилометра, их место заняла третья группа: Эльвира Мусаева, Лиля Газманова, Грета Брасас, сестры Джабраиловы и араб Али-Хасан; последний среди женщин, которых командир отряда намеренно пустил в середине, виделся евнухом гарема.
А наиболее опытный из всего отряда ливиец Азиз встал во главе походного охранения. По мере продвижения отряда наемник отсылал то одного, то другого в боковые дозоры для осмотра подозрительных и опасных участков местности.
Опытный полевой командир Магомедов никогда не пренебрегал охраной флангов и тыла. Наверное, поэтому был жив до сих пор, а не поплатился за беспечность, как некоторые его воинствующие соплеменники. И еще потому, что при продвижении группой, как сейчас, всегда следовал в голове ядра группы; однако управлял дозорами и регулировал скорость движения не он, а его помощник и ориентировщик Зия Могуев, поставив работу так, что связь дозоров с ядром группы осуществлялась как бы в полуавтоматическом режиме, она была не постоянной, но периодической настолько, что связь терялась лишь на короткое время.
В этом смысле у полевого командира Магомедова была своя тактика, даже почерк.
Террористы продвигались легко, как бы играючи, действительно предвкушая лавзар, национальную забаву. Примерно то же самое они испытывали, преодолевая Терек, Аргун, другие горные реки, продвигаясь в местах брода наискосок, боком к сильному течению, чтобы поток не сбил с ног; продвигаясь в горах и справляясь со строптивыми ущельями, скалами, хребтами, перевалами, снежными склонами — в любое время года и при любой погоде, будь то гроза, буря или метель, не испытывая их особого влияния на боеспособность отряда.
Даже не зная обходных путей, они по наитию огибали опасные участки с камнепадами и осыпями, снежными и ледовыми лавинами. И такие переходы порой измерялись сутками, а базирование — неделями и месяцами.
