Если желания не сбудутся

— Дело не в том, что Милош цыган, а в том, что не умеет она любить, не знает даже, как это. — Сакинда погладила Циноти по голове, как маленькую. — Любви, как и всему остальному, нужно учить с рождения — только любовью, а эту девочку в детстве сломали — будь они прокляты, негодяи, что такое сотворили со своим ребенком! И она закрылась от всех и не научилась любить. Да и у кого бы она этому научилась, если за всю жизнь ее любил один только кот? Вот кота она и любила — так, как умела, как он научил ее, а людей она любить не умеет, просто не знает как.

— Это… это же страшно, мама!

— Ты права, дочка, это страшно, конечно, очень страшно. Вот вы у нас в любви росли, мы с отцом и помыслить не можем, что можно по-другому, хоть и обходились с вами строго, но это же ничего не меняло. А эту девочку взрослые, которые пустили ее на свет и должны были оберегать как самый драгоценный клад, швыряли друг другу, как ненужную вещь, которую выбросить — перед людьми стыдно, а в доме не нужна.

И все, что у нее в жизни было хорошего, доброго и настоящего, — это был ее кот, ты это можешь представить? Она — как Маугли, вышедший из джунглей. Выглядит как человек, разговаривает и прочее, но вот пропади все человечество разом, она и не почешется, а умер ее кот, и она горюет так, что у меня душа болит смотреть, как она убивается, а ведь это и понятно: она потеряла единственное существо, которое любила и от которого видела любовь. Так не должно было быть, но так вышло, и как она может полюбить моего сына? Как она даже понять это сможет? Одна надежда, что оттает она между нами. Душа-то в ней живет хорошая, человеческая, хоть повадки кошачьи все.

Они замолчали, прижавшись друг к другу.

Конечно, Циноти знала историю Симы, все в доме знали. Но она до сих пор не понимала, что это на самом деле значит, а теперь поняла.

— Она ни минуты не раздумывала, прыгнула на капот и давай лупить этой железкой им по стеклу!

Циноти сжимает кулаки.

Сима не сомневалась и не боялась, словно в ней и вовсе страха нет. Конечно, кошачьи повадки, она и дралась точно как кошка. Царапалась, кусалась, прыгнула на капот, потом на спину одному из похитителей. И постоянно моется и все вокруг моет, а по лицу ни за что не узнаешь, о чем она думает.

— Такая маленькая, тоненькая — а царапала их, лягалась и кусалась, и железкой этой их охаживала! — Циноти вдруг засмеялась сквозь слезы.