Это несерьёзно

На мгновение позволяю себе представить, как ебу Кристину. Член дергается. Меня размазывает. Размазывает. Размазывает.

Не позволял себе фантазировать до этого момента ни разу.

Веду ладонью по низу ее живота через юбку. Поглаживаю лобок, рисую узоры, опускаюсь ниже. Слегка царапаю.

Прижимается, послушно выгибается. Блядь. Опять дрожит. Птенец познает свою сексуальность. В горле пересыхает от жажды, что от Крис исходит. От запаха. Хочу ее под собой.

Вспышки взрывают мозг. Хочу ее губы. Ее оргазм.

Питерские фейерверки отсасывают у тех, что сейчас передо мной.

Сглатываю и ошалело оглядываюсь, понимая, что за нами наблюдают. За тем, как мы это проживаем.

Ведущий сессии обнимает модель и начинает трогать, доводя до пика. Зал взрывается криками.

— О господи, — шепчет Крис, цепенея.

Поворачивается ко мне. Вцепляется. Ее руки становятся холодными, а потом и вовсе ледяными. Кристина опирается на меня, в следующую секунду я подхватываю ее на руки, потому что она… отключается.

Любовь представляется мне как нежное, теплое, невесомое одеяло, в которое хочется завернуть ее объект.

В то же время любовь — это самое алчное чувство на свете! Я так сильно хочу чувствовать Демьяна, что с ума схожу. Впитать бы в себя или впитаться самой каждой клеткой. Хочу смотреть на мир сквозь него и получать в ответ все то же. Любовь… это определенно полнейший сбой работы мозга. Любила ли я когда-то бывшего мужа? Хоть кого-нибудь?

Обнимаю Демьяна за шею, когда он выносит меня на улицу. Торопливо хватаю свежий морозный воздух и прихожу в себя.

Но вырываться не спешу: ощущаю себя закутанной в то самое волшебное одеяло — самое теплое и нежное на свете. Прикосновения Демьяна — максимально бережливые, трудно представить, что мужчина… взрослый, большой мужчина на них способен.

Я плавлюсь и жадно дышу ртом. Там, в подвале, я впала в какой-то транс, трепетала, излучала и впитывала. Тело стало пластичным и восприимчивым. Я так сильно волновалась, что не смогла с собой справиться. Оргазм накрыл без особой стимуляции, а потом… картинка поплыла.

— Лучше? — спрашивает Демьян. — В подвале было душно, народу набилось битком.

— Я выключилась, да?

— Прямо на пике сессии. Голуба, ты ужинала?

Лгу. Кусок весь вечер в горло не лез. Я ужасно страдала после нашего прощания, злилась на свои чувства, на то, что соскучилась по Демьяну сильнее, чем он по мне. И ревновала.

После обморока осознала себя на диване на первом этаже, Демьян и администратор отпаивали водой с лимоном и льдом.