Это несерьёзно

Улица, на которой мы находимся, обычно прекрасно освещена, сейчас же тонет в полумраке. Но даже так я узнаю все — силуэт, осанку. Срываюсь на дрожь. Пальцы впиваются в ладони. Дыхание становится частым и прерывистым.

Я пялюсь на него, как на ожившего призрака. Все не верю, что, если коснусь, не исчезнет, не рассыплется в утреннем пробуждении как один из десятков снов. Будто в замедленной съемке вкладываю свою влажную ладонь в его большую, горячую и по-прежнему крепкую, опираюсь.

Демьян чуть кланяется. Помогает забраться в салон и занять место у окна, присаживается рядом.

— Что ты здесь делаешь? — шепчу, чтобы хоть как-то справиться с эмоциями. Это все пока, на что я способна.

Смятение. Боль. Тоска. Этих чувств так много, что они водоворотом на дно тянут. Просто сидеть с ним рядом, зная, что нашел способ приехать, по эффекту сродни бешеным объятиям и поцелуям. Я просто не в состоянии осознать, сколько у него теперь власти и возможностей.

Боже. Машина трогается, но движется нарочито медленно, словно лениво.

— Это мне? — киваю на цветы. — Ты скупил ларек?

— Не смог выбрать. Не думаю, что это может компенсировать разлуку, но я решил, что буду пытаться.

Веки жжет. Его голос бьет наотмашь. Я так сильно взволнована, что едва не падаю Демьяну в ноги, чтобы умолять не оставлять меня больше никогда. Это смутило бы обоих, только потому и держусь, сидя с прямой спиной, как какая-то королевишна. Эмоции — в воздухе, их много, они глаза застилают, дышать не дают. Я так и держусь за его руку, сжимаю болезненно крепко.

Но не могу ничего не сказать. Сил нет выдавить даже «спасибо». Я храбрилась все это время, жила свою жизнь, работу делала, а сейчас энергия иссякла. В глубине души я ждала именно этого момента, и, если Демьян скажет не то, что я хочу услышать, будет невыносимо.

— Я за тобой немножко следил, у тебя никого нет, — произносит он в полной тишине.

— Я не хотела другого.

— И я подумал, что если ты все еще хочешь меня…

— То? — перебив, поднимаю глаза.

— То я бы тебя забрал.

— В Звезды? — Почему-то показываю в небо.

— «Черных звезд» больше нет.

— В новостях об этом не говорили. «Черные звезды» канули в лету.

Демьян смотрит в упор, в светлых глазах столько жадности, что кожу покалывает. Я думаю о том, что, если исчезну я, его силы тоже закончатся. Он разрушил хакерскую группировку, которой более тридцати лет! И сейчас сидит передо мной, подбирает слова.