Это случилось осенью

Теперь ее зубы стали чистыми и гладкими, как стекло.

— Дейзи, — позвала она сестру, глядя через плечо, — сделаешь для меня кое-что?

— Я не хочу сейчас разговаривать с мамой или папой, но мне нужно знать, в самом ли деле Уэстклиф делает мне предложение. Ты можешь как-нибудь выяснить?

— Ни слова больше, — быстро ответила сестра и бросилась к двери.

Лилиан успела закончить свой утренний туалет и застегнуть все пуговицы белой батистовой сорочки, когда вернулась младшая сестра.

— Не стоило и спрашивать, — грустно сказала Дейзи.

 — Папы нет, а мама сидит, уставившись в стакан с виски, и поет свадебные песни. Вид у нее самый блаженный. Думаю, сомнений нет — лорд Уэстклиф сделал предложение!

— Скотина, — выругалась Лилиан. — Как он посмел оставить меня в стороне? Как будто я случайный человек и ничто меня не касается. Интересно, что он сейчас делает? Вероятно, подбивает итоги. Следующим, с кем ему захочется побеседовать, будет…

Она издала невнятный вопль, наливаясь злостью. «Уэстклиф обожает все держать под контролем.

Он не даст мне самой поговорить с Сент-Винсентом, как следует попрощаться с другом. Уэстклиф займется этим сам».

— Если он занят тем, о чем я думаю, — прорычала Лилиан, — я разобью ему голову кочергой!

— Что? — Дейзи ничего не понимала. — О чем ты подумала? Нет, Лилиан! Ты не можешь выйти из комнаты в одной сорочке!

Она бросилась к двери, громко шепча сестре:

— Лилиан! Пожалуйста, вернись! Но старшая сестра была уже далеко.

Подол белой сорочки Лилиан развевался, как парус корабля, когда она пронеслась через холл и бросилась вниз по лестнице.

Час был ранний, большинство обитателей дома еще спали. Впрочем, Лилиан совершенно не заботило, видит ли ее кто-нибудь. Она напугала пару-тройку слуг, пролетев мимо, как разгневанный ураган. Вот наконец кабинет Маркуса. Лилиан совсем запыхалась. Дверь была закрыта, но она, ни минуты не колеблясь, распахнула ее настежь и ворвалась внутрь. Дверь тяжело ударилась о стену.

Как она и подозревала, у Маркуса в кабинете был Сент-Винсент.

При ее вторжении мужчины подняли головы.

Лилиан уставилась в бесстрастное лицо Сент-Винсента.

— Что он вам наговорил? — потребовала она без всяких предисловий.

Сент-Винсент изобразил любезное безразличие.

— Он рассказал мне достаточно.

Лилиан перевела взгляд на невозмутимое лицо Маркуса. По всему заметно, он сообщил Сент-Винсенту новость с состраданием полевого хирурга на поле боя. Приняв решение, он двигался к победе, ни с кем не считаясь.