Это случилось осенью

Сама учтивость!

Граф выпустил Лилиан, чуть не толкнув ее. Она зашаталась и сделала шаг назад, но тут пара проворных рук схватила ее за талию. Удивленная, Лилиан обернулась. Перед ней стоял Себастьян Сент-Винсент, бесчестный повеса и соблазнитель.

Солнце уже поднялось довольно высоко. Его яркие лучи разогнали последние клочья тумана и раскрасили темные волосы Сент-Винсента сверкающими вкраплениями бледного янтаря. Лилиан уже много раз видела этого мужчину издалека, но их, однако, так и не представили друг другу.

К тому же Сент-Винсент ни разу не приближался к «желтофиолям» ни на одном балу. Издали он производил поразительное впечатление, а вблизи экзотические черты его лица просто лишали дара речи. У него были удивительные глаза! Лилиан таких никогда не видела. Светло-голубые, напоминающие кошачьи, затененные темными ресницами. Четко очерченные энергичные черты лица, сияющая, как полированная бронза, кожа. Выглядел он, конечно, распутным, но не потасканным. У него была такая улыбка, что злоба постепенно отпустила Лилиан. Она нерешительно улыбнулась. Это преступление — излучать такое обаяние!

Взглянув в застывшее лицо Уэстклифа, Сент-Винсент приподнял бровь и весело сказал:

— Милорд, разрешите мне отвезти преступницу назад в дом?

— Прочь с моих глаз, — буркнул он, — пока я не сказал что-нибудь такое, о чем бы мне пришлось потом пожалеть.

— Так скажите же, смелей! — не удержалась Лилиан. Уэстклиф шагнул к ней с искаженным от злости лицом, но Сент-Винсент проворно встал у него на пути, загородив девушку спиной.

— Уэстклиф, гости ждут. Разумеется, они получают большое удовольствие от скандала, но лошади застоялись.

Граф, казалось, боролся с самим собой, но дисциплина все-таки взяла верх, и его лицо вновь стало бесстрастным. Он кивнул в направлении дома, отдавая Сент-Винсенту молчаливое приказание: пусть уберет эту девицу с глаз долой!

— Можно мне посадить ее на мою лошадь? — вежливо поинтересовался Сент-Винсент.

— Нет, — железным тоном отрезал Уэстклиф.

 — Она прекрасно дойдет и пешком, черт возьми.

Сент-Винсент подозвал грума, чтобы тот позаботился о лошадях, а сам подал рассерженной девушке руку и глянул на нее озорными бледно-голубыми глазами.

— Там для вас найдется темница и камера пыток, — сообщил он. — И я сам испытаю на вас тиски.

— Предпочту пытку его обществу, — ответила Лилиан, приподнимая и закалывая длинный край амазонки, чтобы не мешал при ходьбе.